Она почти вышла в коридор, но замерла удивлённо подняв на Эльсвера взгляд.
— Совет уже избрал вас?
— Формальность, дорогая Ридена. Все главы поддерживают мою кандидатуру. Осталось обговорить детали на Совете. Не волнуйтесь о мелочах. Берегите себя. Мои люди помогут вам с прощанием.
— Ах, а тело? — она порывалась вернуться, будто сама желала вынести мертвеца.
— Я лично распоряжусь.
Выпроводив вдову, Эльсвер выгнал охрану в коридор и прикрыл дверь.
— Где твой мальчишка, Фолганд?! — он перестал скрывать ярость, больше не сдерживал нервное возбуждение, заставляющее его метаться по комнате. — И в какую нору забился грязный раб? Мой раб! — он опёрся о стол, широко расставив крепкие руки и смотрел с такой ненавистью, что мог бы прожечь мага насквозь.
— Твои условия, Ринн? — Стефан и внимания не обращал на брюзжание южанина.
Услышав слова Фолганда, Эльсвер наклонился ниже к магу, который так и сидел связанный за столом.
— Кто тебе сказал, что я хочу сделку?
— Любой на твоём месте желал бы.
Выпрямившись, Эльсвер прошёлся по комнате, походя пнул носком сапога тело наместника, словно позабытое здесь навсегда.
— Надо подумать. Конечно, у меня почти есть всё то, что я мог бы назвать, но… Допустим, Хриллингур, жизнь опозоренного раба и твоя дочь, — он улыбался с издёвкой и, прищурившись, следил за лицом мага.
Стефан молчал, выпрямился, губы сжались. Наконец, Фолганд опустил плечи и откинулся в кресле, чувствуя, как нестерпимо заболела спина, а стихий для исцеления невозможно собрать.
— Я должен подумать, Эльсвер, — глухо ответил он.
Ринн презрительно усмехнулся, пригладил волосы и позвал охрану.
— Возьмите ещё двух парней и отведите мага вниз. Кормить один раз в день. Ждать моих указаний.
Стефана подняли и повели. Глава дома Дес`Ринн проводил их взглядом, бросив пленнику в спину:
— Независимо от твоего ответа. Не думай, что сможешь уйти от суда за убийство, Фолганд. Наместник, мои люди… Ты и твой щенок заплатите за укрывательство преступника-раба и сопротивление власти.
Приостановившись, старший маг чуть повернул голову в сторону врага, смотря через плечо.
— А власть — это ты, Ринн? — тяжёлая пауза повисла между ними. — Тогда само собой. Фолганды оплатят долг.
Его увели, а хриллингурец продолжал испытывать на себе ледяной взгляд синих глаз лорда-мага. Полоснуло острыми льдинками. Он не знал, но где-то глубоко в подсознании чувствовал, что эти глаза видели недоступное смертному, может быть само Великое Древо, большое Древо, перед которым не стоял ни один южанин, но считал его своим прародителем. Пресыщенный жизнью и опытом, Эльсвер ощутил опасность от того, кто мог так смотреть и кто, несомненно, прошёл через невыносимые испытания, оставшись в живых.
С древних времён на юге считали Фолгандов чем-то иным, чужой нелюдью, пришедшей на земли Хриллингура и захватившей собственность пяти родов. И теперь, глазами Стефана Фолганда, на Ринна взглянула потусторонняя тварь, не имевшая ни своего лица, ни имени, или, напротив, слишком многоликая, чтобы показать истинный облик. Страх на мгновенье постучал в сознание южанина множеством костистых тонких лапок, застрекотал белой пустыней. Эльсвер тряхнул головой, прогоняя видение. Ничто не остановит его в желаниях. Он единственное право в Хриллингуре и тот, кто вернёт собственность кланов законным владельцам. Глава рода Дес`Ринн всегда получал то, что хотел.
39
Подавив в себе тревогу за отца и даже за Дариона, младший маг заготовил несколько ментальных схем для отвлечения южан, и осторожно спустился во двор. Дом наместника казался опустевшим. Солнце медленно поднималось над городом, но среди высоких стен лежали плотные тени. У конюшни, прислонившись к стене, сидел молодой парень и дремал. Скай вовремя заметил его, выглянув из двери дома, прикрыл глаза быстро сосредотачиваясь. Пользоваться ментальной магией сложнее, чем стихийной. Она требует отрешённости и большей концентрации. Второй магии Скай и не знал, но как работает механизм сбора сил и создание схем представлял чуть ли не лучше стихийных магов.
Не таясь, он вышел во двор и поместил себя в схему, помогающую оставаться незаметным, но долго она не могла продержаться. Быстрым шагом он подошёл к конюшне и проскользнул внутрь, чувствуя, как разрушается схема. Слишком быстро истаивала структура, созданная с таким трудом. Это было неправильно и требовало осмысления. Возможно, на ментальную магию подействовали те силы, что блокируют магию стихий. Почуяв чужого лошади беспокойно задвигались, забили копытами, нервно переступая. И тут Скаю пришлось потратить время на ментальный контроль, чтобы оседлать одну из лошадок. Дальше скрываться он не стал и стремительно покинул дом наместника, успев заметить, как удивлённо смотрит парень возле конюшен. Поражённый такой наглостью, тот не сразу поднял тревогу. А Скай нёсся по улицам Хриллингура в сторону западной окраины. Главным было выбраться на свободу из лабиринта бесконечных стен.