А утром за Фолгандом пришли. Четверо молчаливых и мрачных южан. Один совсем не понравился магу. Он видел его в доме Эльсвера, значит, хриллингурец родич Ринна. Сопровождающий и был такой же сероглазый с полными губами, но выглядел старше и жёстче. Мага грубо вытолкали из камеры, не дав надеть камзол, и повели наверх, где они долго плутали по узким каменным коридорам. Наконец, Стефана завели в залу.
Пять кресел с высокими резными спинками стояли полукругом. За ними вдоль стен длинные скамьи. Множество свечей ярко освещали пространство, и Стефан щурился после темноты. Все места были заняты мужчинами разных возрастов. Привыкнув к свету, Фолганд увидел только одну женщину — вдову наместника. Она стояла в сторонке, в строгом тёмном платье. Прямая спина и высоко поднятая голова говорили о том, что госпожа Ридена готова смотреть в лицо убийце своего мужа. И Стефан не отвернулся, ответил на взгляд со спокойным сочувствием. Женщина сурово поджала губы и прикрыла глаза. А маг обратил внимание на главные лица в этой зале — пять глав родов сидели в первом ряду, ожидая представления. Внутренне он усмехнулся. Вся события слишком сильно напоминали театральную постановку.
— Преступник доставлен, — тяжёлым низким голосом доложил родич Ринна, что запомнился магу, и отошёл за кресла.
— Суть дела я изложил ранее, — заговорил Эльсвер. — Все рода знают о преступлениях северянина.
Он сидел прямо перед Стефаном, являясь центром дуги из глав родов. Камзол из дорогой хриллингурской ткани, золотая брошь на вороте, перстни и надменное холеное лицо. Фолганду захотелось навсегда стереть эту улыбку, что появилась на полных губах южанина. Эльсвер явно потешался над магом, но искусно играл свою роль владыки Юга.
— Так каково будет решение совета? — Ринн повернулся вправо и медленно влево, чтобы увидеть всех.
— Смерть, — блондин с бесцветными глазами был категоричен
Он развалившись сидел в кресле с выражением откровенной скуки на костистом лице.
— Принято, дорогой Уинк, — кивнул Эльсвер.
Круглолицый, беспокойный толстяк заёрзал в кресле.
— Господа, мы ведём торговлю с материком и казнь брата лорда земель может сказаться…, — он не договорил, вжал голову в плечи, поглядывая на Эльсвера.
— И это мой брат! — крикнула госпожа Ридена, бледное лицо которой тряслось от негодования. — Кадегер! Твоего родича коварно убили в его собственном доме. Алмир не южанин, но он был моим мужем.
Зала загудела беспокойным ульем. Кто-то замахал руками в сторону Фолганда, начал сыпать проклятьями и угрозами. Стефан стоял прямо, расправив плечи, так слово ничто из происходящего не имело к нему отношения. Он прекрасно понимал, что никакое расследование, никакие аргументы или улики не спасут его, если Эльсвер ведёт свою игру.
42
Сосредоточившись и положив необходимые инструменты под руку, Фолганд осторожно приподнял рубаху. Взгляд невольно скользнул по обнажённому животу, такому аккуратному, с мягкими приятными линиями, что он отвлёкся и не сразу заметил, что рука его, сжимавшая ткань, коснулась упругой округлости. Снова выругавшись сквозь зубы, Скай сдержался и не убрал рук, но уже понял, что перед ним не юный мальчик, а вполне зрелая девушка, пытавшаяся скрыть за мешковатой мужской одеждой свой истинный облик. Он подумал, что в Хриллингуре это было не лишним. Особенно, если девушка из ведающих.
Удивлённая мысль о том, что незнакомка маг на минуту сбила его с толку. В его жизни никогда не встречались другие ведающие, кроме близких. Однако, Скайгард увидел рану слева, чуть ниже груди, и отбросил все прочие мысли и эмоции. Ругаться шёпотом он не переставал.
— Что за изуверы это сделали?! — пробормотал маг, извлекая из разреза несколько металлических кружочков с очень острыми зубчатыми краями.
Похоже, кто-то выстрелил в незнакомку этими странными маленькими дисками и на огромной скорости они рассекли плоть, застряв там благодаря одежде и рёбрам. Вопрос Ская не требовал ответа. Он и сам знал, кто мог настолько варварским способом воевать с магами. Палачи тени приняли её за мальчишку, который помешал, пытался защитить близких, возможно, и избавились от него. Точнее от неё…