Правда, справиться с подобной мощью я бы вряд ли смог. Вот тут уже требовался ранг повыше.
Но зато я знал кое-что об этих созданиях. Им не хватало общения, самого обычного человеческого. За исключением совсем обезумевших, но те долго не задерживались, их забирал эфир.
Даже тот буйный дух крепости постоянно проявлялся и орал на кого-то. Такой у него был способ социализации.
Тут же, судя по смеху, призрак не был злобным. По крайней мере посмеивался он по-доброму. Как умудренный опытом старец.
Я не хотел вторгаться в мир духов и выдергивать его оттуда. Он сам мог выйти, древние призраки были на такое способны, если накопили за столетия достаточно сил. Этот точно мог.
Как и ощутить мои эмоции. Но за это я не переживал. Страха не было, а вот уважение и интерес — да. Я рассчитывал, что это поможет наладить контакт, и не ошибся.
Дух вернулся вскоре.
Не стал меня поражать эффектным явлением и материализовался там, куда я смотрел. Невысокий, лохматый и бородатый до самого пояса. На нем была простая груботканная одежда и лапти. Уж не знаю, специально он выбрал этот образ или правда был настолько древен, но я ему низко поклонился.
— Вежливый, смотри-ка, — услышал я скрипучий голос.
— Граф Александр Вознесенский, — представился я, подняв голову.
Призрак слегка прищурился и я ощутил холодок, пробежавшийся по коже.
— Ишь ты, Всеобщий значит, — кажется дух немного удивился. — Я-то было подумал, что Зреющий. Ну, Видящий по-нынешнему.
Из какого же он века, где универсалов называли Всеобщими? Скрывать что-либо от него всё равно не получилось бы, так что я просто кивнул и выжидающе смотрел.
— А, зримо имени моего дожидаешься? — понял призрак и пригладил бороду. — Как меня токмо не величали… Кхм, речь сложно дается. Вот ведь напасть, столько слышу, а говорить по-новому тяжко. Третьяк я, то есть третий сын. Когда-то за духа-хозяина почитали. А то и за нечисть в темные времена, когда Зреющих не стало.
У меня, кажется, даже глаза загорелись от интереса. Не стало Видящих? Вот бы послушать эту историю.
— Ох, и младой ты, — тепло рассмеялся призрак. — До всякого пытливый, да?
— Есть такое, уважаемый дух, — сознался я.
— Третьяком величай, — строго приказал он. — Давненько я Всеобщих не видал тут. А уж тех, кто к тому же ремеслом владеет, так и вообще не было. Неужто… — дух бросил быстрый взгляд в окно и снова испытующе прищурился.
Волна холода стала ещё ощутимее. Не самое приятное чувство, тем более я не знал, что он ищет во мне. Но словно в душу заглядывал.
— Вот что, — торжественно произнес Третьяк. — Можешь задать один вопрос.
Я призадумался. Похоже на древние былины. Всё же пребывание среди книг повлияло на духу не в лучшую сторону…
— Хочешь расскажу самую главную тайну мирозданья? — хитро усмехнулся тот. — Я могу.
— Не хочу.
На кой мне эта тайна? Меня волновали более насущные вопросы. И, к сожалению, их было довольно много.
Призрак удивился так сильно, что исчез на миг. Но тут же появился и взглянул на меня, чуть наклонив голову вбок. Вроде решал, не блаженный ли я.
— Вот что мне скажите, уважаемый Третьяк, — наконец-то решился я. — Что я могу для вас сделать, чтобы вы на все мои вопросы отвечали?
— Ааа… — дух вытаращился на меня и распахнул рот.
А затем расхохотался настолько громко, что потерял контроль над силой, и с верхних полок упало несколько книг. Хохотал он долго и от души. Я спокойно ожидал.
Ну уж про этот банальный подход в былинах только ленивый не говорил, когда слушал. Глупость же такая — почему одно желание или вопрос? Или три? Почему одним желанием не загадать ещё десять желаний? Что за условности…
Но Третьяка отчего-то это сильно развеселило.
Да так, то я начал беспокоиться за сохранность всего здания. Оно уже начало подрагивать из-за исходящей от духа мощи.
К счастью, он сам остановился и успокоился.
— Вот что, хохмач, — сказал он, но борода продолжала подергиваться от еле сдерживаемого смеха. — Вопрос ты правильный задал. Только того, что мне нужно, у тебя пока нет. Когда найдешь, тогда и возвращайся.
— Чего нет? — пусть я понимал бессмысленность этой попытки, но не задать вопрос не мог.
— А это уже второй вопрос, — ожидаемо ответил Третьяк. — Ну уж ладно, подскажу. Царицу ищи.
И на этих словах он испарился! Вот чёрт древний, и этот туда же. Какую ещё царицу? Царей-то нет давно, а уж цариц подавно. Монархи ныне иначе называются.
Если бы быть уверенным, что успешный поиск неизвестной царицы обеспечит мне доступ к знаниям, я бы ещё подумал. Но ведь наверняка дух снова отправит куда-нибудь.