— Роберт был не виновен, — произнес он твердо.
Эванс провел всю ночь в участке, разбираясь с уликами. Словно кусочек пазла, который вдруг встал на место, Эванс пришел к дому Энтони. Рядом с окном Роберта он увидел слегка различимый след мужской обуви, который явно принадлежал кому-то другому.
— Этот след был на два размера больше, чем те, что носили Энтони, Роберт и ты— говорил он, глядя в глаза Арчибальта.
Теперь, словно тень из прошлого, всплывала мысль: кто-то подбросил рюкзак, кто-то прокрался в дом. Томас выхватил оружие у Энтони. В мгновение ока Энтони оказался на полу, а Томас, сцепив его руки сзади, скрутил. Энтони не мог сдержать злобный взгляд, полон ненависти и презрения. Тем временем Эванс, уверенно шагнув к Арчибальту, обводил его напряженный взгляд своими спокойными глазами. Он начал зачитывать права, понимая, что это лишь формальность.
Офицеры сидели в кабинете, обмениваясь взглядами, полными печали и недоумения. В воздухе витал тяжелый запах утраты, заставляя каждого из них вспоминать последние события. Убийство Люси потрясло всех до глубины души, её нежная улыбка теперь навсегда утрачена. Месть её отца, расчётливая и беспощадная, словно тень преследовала их. Роберт, который сам по себе был хорошим парнем, стал жертвой всех этих событий — не единственной, но, возможно, самой ненужной. Энтони, оставшийся один, оказался на грани срыва. Каждый из них понимал: то, что произошло, навсегда изменит их. Они были солдатами в мире, где железные правила больше не действовали, а идеалы рассыпались на глазах. И если месть отца Люси была неизбежностью, что ждет их самих? Офицеры знали: впереди их ждёт не только ответ на этот вопрос, но и испытание, способное сломать даже самых стойких.
Глава 3.
Томас лежал на своей кровати, притянув к себе одеяло, как будто оно могло защитить его от внешнего мира. С тихим шумом дождя за окном он пытался собрать разрозненные мысли, вновь и вновь прокручивая в голове образы когда-то светлого Нордвиля. Город, который когда-то был полон смеха и радости, теперь был полон уныния и страха. Улицы гудели от тихого шёпота, а лица прохожих искажали ужас. Он закрыл глаза и представил, как было бы, если бы все сложилось иначе — если бы Розалинд была рядом, а их мечты о совместной жизни не канули в небытие. Они бы гуляли по весеннему парку, держась за руки, смеясь от души. С каждым ударом сердца он чувствовал, как Нордвиль, прежде родной город, становится для него чужим. Томас потянулся, глядя на часы, которые настойчиво тикали, как будто предвещая важное событие. Он встал с кровати и, спустился вниз. На столе его уже ждал завтрак, приготовленный заботливой миссис Норрингтон. Аромат свежезаваренного кофе и горячих тостов протянулся по коридору, завлекая его, как магнит. Она всегда знала, как порадовать его. На столе лежала записка: «Дорогой Томас, я ушла в гости к своей подруге, буду вечером».
Томас уже собирался начать завтрак, когда раздался стук в дверь. Заинтригованный, он подошел посмотреть, кто пришел к нему так рано. Открыв дверь, он обнаружил Эванса. Эванс спросил разрешения войти, и Томас с удовольствием пустил его внутрь, предложив составить компанию за завтраком. Эванс сообщил, что сегодня к ним из Лондона приедет психотерапевт, который поможет в расследовании.
— Как психотерапевт может помочь? — спросил он, ставя чашки на стол.
Эванс уселся, серьезно глядя в глаза Томаса.
— Он специализируется на расшифровке паранойи и эмоциональных состояний людей, связанных с преступлениями. Мы можем узнать, что на самом деле происходит в головах подозреваемых.
Томас отложил ложку, его сердце застучало быстрее.
— Это может быть рискованно. Какова вероятность, что он попадет в точку?
Эванс пожал плечами, его лицо выражало уверенность.
— Иногда ключ к разгадке — это не факты, а эмоции. Люди говорят больше, чем думают.
Томас и Эванс шагали к полицейскому участку, предвкушая встречу с новым коллегой. В воздухе витала напряженность: психотерапевт, который должен был помочь в расследовании, обещал быть неординарным. Они слышали истории о том, как подобные эксперты могли заглянуть в глубины человеческой психики, но никто не знал, чем все это обернется. Офицеры вошли в участок, и на них мигом обратила внимание молодая девушка, сидевшая за столом. Она была необычайно хороша собой, с ярко-красными губами и проницательным взглядом, полным уверенности. Обаяние заставило офицеров остановиться на миг.