Артимида стояла у самых ворот, в своем нарядном нежно розовом платье и печально смотрела на закат. Где–то в толпе, ближе всего к старому магу стояла ее сестра и отец. Юная колдунья не хотела быть на этом празднике. За неделю до бала, Алисандра попросила младшую сестру присутствовать, потому что ей это было важно. Артимида долго искала повод отказаться, не прийти, но подумав пару дней, всё–таки согласилась. Она позвала с собой Зейду, и та тоже должна была прийти, но в самый последний момент не смогла, дома появились дела. Теперь Артимида стояла в одиночестве, любовалась закатом, пропуская мимо ушей речь старика, ведь она знала, что услышит все тоже самое через два года, когда будет сама покидать академию и ждала, когда начнется бал. Колдунья обменяется парой фраз с сестрой и вернётся домой. План был прост, но время тянулось очень медленно, и Артимиде казалось, что прошла вечность.
Когда Даниос Фатт закончил речь и пригласил всех пройти в летний сад, где должен был состояться бал. Садом это место было сложно назвать. Он представлял собой большую каменную площадку, по периметру стояли каменный колоны, на которых густо плелся вьюнок, где–то между ними росли несколько деревьев черешни и груши. С одного края площадки стояли столы с угощениями и вином. К этому удивительному место вела каменная тропа, через главный холл академии и задний двор, который в основном использовался для тренировки юных колдунов. Они сражались на мечах и соревновались в рукопашном бою, развивали свои способности и навыки. Сейчас это место было слабо освещено, и только благодаря лучам солнца, которые уже почти скрылись за горизонтом, можно было спокойно пройти, не споткнувшись и не налетев на кого–нибудь.
Артимида двигалась следом за толпой. Туфли, которые она сегодня решила надеть, неприятно давили пальцы и хотелось поскорее от них избавиться, девушке казалось, ещё немного и она снимет их и оставит где–нибудь под кустом. Платье было длинное, поэтому никто бы не заметил, если бы она шла босая. Золотые волосы были заколоты на макушке и украшены живым цветком розовой розы. Платье было невероятно легкое, с прямым силуэтом и полупрозрачной верхней юбкой, рукава —фонарики были из той же полупрозрачной ткани. Со стороны колдунья была похожа на прекрасную лесную фею, что плавно шагала по лесу, осматривая свои владения. Это платье было очень старое, когда–то мама Артимиды и Алисандры носила его. Старшая из сестёр забыла о его существовании, а младшая отнесла к портнихе, и та подарила ему вторую жизнь.
Когда процессия достигла площадки, где–то зазвучала флейта. Казалось, что небольшой сад поет. Чем ближе были гости, тем громче звучала музыка. Она была лёгкой, медленной и нежно обнимала каждого гостя, затягивая в свои владения. Гости медленно разбились на кучки, обсуждали либо нудную речь Древнего мага, либо его самого. Девушки восхищались нарядам друг друга, а парни стояли возле столов, медленно потягивая вино.
Артимида подошла к столу и оглядев огромный выбор закусок и выпивки, взяла бокал белого вина, и немного пригубила, чтобы распробовать вкус. Оно оказалось сладкое и во рту оставалось приятное послевкусие. Немного осмотревшись, в надежде показаться на глаза сестре и покинуть этот вечер, Артимида прошла до одной из колонн и прильнула к ней. Было трудно просто стоять, ноги болели. Колдунья ещё раз оглядела толпу и заметила несколько знакомых лиц. Юные маги, которые пришли на праздник к своим родственникам. В толпе проскользнуло лицо отца, он стоял в компании мэра города и ещё нескольких мужчин, которых Ти не знала.
Но что мэр делает сегодня тут? Его сын ещё в прошлом году окончил академию.
…
Молодой маг стоял в окружении незнакомых ему парней. Кристиан, конечно, представлял их друг другу, но он упустил их имена из внимания. Это показалось ему не важным. Светлые колдуны обсуждали службу у короля и варианты укрепления положения в высшем обществе. Зереф посмотрел на своего молчаливого друга, которого знал очень давно, и уже считал братом. Раскиф рассматривал то колонны, то каменный пол, то стол с угощениями или гостей. И все это время на его лице было такое выражение, будто он действительно решает у себя в голове какие–то важные политические проблемы. Кристиан же заметно нервничал, у него сегодня был один из важных дней, даже его отец был сегодня здесь.