- Ну что ж, - Иму криво усмехнулся. – Пусть попробует здесь закрепиться.
- Пусть, - Амади кивнул. – Выбивать его силой никто не собирается. Он уйдет отсюда по своей воле.
- По своей воле! – Иму захохотал. – Хорошо сказано. По своей воле!
- Ну, Накато, пройдись, - велел Амади. – Выпрями спину! Гляди прямо, гордо – как царица. Так, будто ты – хозяйка этих мест.
Славный приказ! Накато растерялась. Откуда ей знать, как должна глядеть хозяйка этих мест? Нет, она помнила, как смотрят на других глава кочевья, главы родов. Ее брат или старик Асита. Но сама она так не умела. Она – рабыня!
- Да, вот так помощница у нас, - протянул задумчиво Иму. – Я знаю, что нам нужно! – он хлопнул в ладоши. – Накато, девочка, тебе удобно в платье? – она кивнула робко. – Вот и славно. Снимай пока что, не мучайся напрасно. Отдохни, поешь. Хозяйка гор не может быть худой и заморенной, как какая-нибудь рабыня, пасущая туров и прядущая шерсть.
Он принялся помогать ей. Девушка вздохнула с облегчением, освободившись от платья – оно и правда было тяжелым. Точно целый тюк шерсти на нее повесили.
- Что ты задумал? – удивился Амади.
- Увидишь. Платье у нашей хозяйки гор есть. Не хватает малости – самой хозяйки. Нужно ее тоже смастерить. Подточить, подправить. Негоже хозяйке такого места ходить, согнув спину и глядеть со страхом. Ее должны бояться! Как можно бояться ту, которая сама боится всех и каждого? А чтобы научиться гордому взгляду – для начала следует увидеть свой взгляд. Свое лицо. Бапото добыл немало меди.
- Вон что, - протянул Амади. – Предлагаешь, значит, позаимствовать у него немного? – он усмехнулся. – Считаешь, он не заметит пропажу такого количества? Или намерен попросить прямо?
- Они порядком накопали, руда свалена грудами. Даже если и заметит – так я ему скажу, что это наверняка хозяйка подшутила.
- Поверит?
- А что ему останется? Главное – вы двое сидите здесь, возле шатра. Не бродите по окрестностям, не показывайтесь местным. Я – старый колдун, живущий ремеслом целителя. На что мне груда меди? Что с ней может сделать старик-целитель?
- Да, и не поспоришь. Я бы на месте Бапото подумал ровно то же самое, - Амади хмыкнул. – Вот только мне придется работать с материалом без печи и инструментов, прямо здесь. Не слишком удобно.
- На то мы и маги, - Иму пожал плечами. – Что иногда можем обойтись без того, без чего не могут обойтись простые смертные.
- Можем-то можем, - Амади покивал. Судя по скисшему виду, высказанная Иму мысль ему чем-то не нравилась.
Чем, интересно? И зачем Иму медь? Как это связано с ней, Накато, и ее видом? Она уселась на камень напротив шатра. Легкий ветерок гулял над верхушками кустов, нес холодный воздух. Здесь, в горах, было холоднее, чем в степи. Хотя ветра и не набирали такой силы – горы останавливали их дуновение.
Скоро обед. Девушка принялась доставать котел и миски, резать мясо на похлебку. Иму постоянно варил похлебку – печеное или жареное мясо его чем-то не устраивало. Он и Накато научил готовить – теперь этим занималась она. Колдуны, похоже, потеряли к ней интерес. Что ж. Еще день-другой спокойствия.
Глава 6. Хозяйка гор
Зеркало.
Не маленькое медное начищенное зеркальце, какое было у Мунаш. А большое, выше роста человека, зеркало. Цельная медная пластина, гладко-гладко отполированная. Высокая, широкая – она отражала Накато безжалостно, целиком, с головы до пят. С тощими руками, торчащими во все стороны отросшими курчавыми жесткими волосами и широким костлявым лицом.
Желтая накидка свисала, вид у нее давно сделался жалкий. Странно – драгоценная материя, выкрашенная яркой краской. Целый кусок, не какой-нибудь нищенский огрызок.
- Ну, вот гляди, - проговорил Иму. – Ты сутулишься. Не держишь спину прямо.
- Спину? Прямо? – удивилась девушка. Она поглядела на него, пытаясь понять – быть может, он так замысловато шутит?
- Ты всегда так ходишь, верно?
- Ну да, - она удивилась еще сильнее. – Всегда так хожу, - а как еще-то можно ходить?!
Амади сидел в стороне, наблюдая за происходящим и ухмыляясь. Он, похоже, понимал, что происходит, и чего ждет от нее Иму. А вот она, Накато, не понимала.
С этого началось сущее мучение. Иму учил ее стоять и ходить по-новому. Спину постоянно ломило от того, что приходилось дни напролет выгибать плечи и поясницу немыслимыми способами, тянуть голову и шею вверх – да ни одно животное так не делает! Не говоря о людях.
Ходить так, как привыкла, тоже стало нельзя: нужно особым образом шевелить бедрами и вилять коленями.
Она могла шагать целый день по бездорожью, карабкаться по кручам или бежать далеко и стремительно. Могла работать. Могла даже убить льва! А ломота в костях мучила от простых, не требующих напряжения движений.