Точка, к удивлению Накато, приблизилась, и она увидела ворота. Амади принялся показывать ей гостевой дом, в котором они останавливались – Чудесная Нубит. Сады вокруг дворца правителя, центральную площадь и базарные площади, все остальное.
А ведь она так и не ознакомилась толком с планировкой города! Даром, что сменила столько хозяев, что и имена-то не всех из них теперь помнила.
Она внимательно изучила карту, стараясь найти закономерности и запомнить как можно больше – как учил ее в свое время Амади. После этого он повел ее в один из домов на восточной окраине. Чистенький небольшой домик – точнее, половина четвертого этажа. Всего три комнаты – неслыханная роскошь для одного-единственного человека.
- Снимать здесь жилье дороговато – сама понимаешь, эта часть города близка к жилью самого правителя, - пояснил он. – Правда, верхние этажи – дешевле, как ни странно. Как по мне – здесь не так шумно, и вид отличный! Но местные считают, видать, иначе.
- Может, им пуза мешают так высоко по лестнице подниматься? – высказала догадку Накато.
- Ах ты, маленькая язва, - рассмеялся Амади. – Возможно, возможно. Так или иначе – живу я здесь. Заплатил хозяину за полгода вперед, и теперь он вспоминать обо мне не должен. Пойдем, покажу, где он живет. Обо Адиса.
- Почему на равнинах вместо господин говорят – обо?
- А это и значит – господин, - отмахнулся колдун. – Еще говорят оро – равный, и муро – низший. Идем обратно в дом. Я тебе покажу, куда деньги положил. Если понадобится – хотя вряд ли, конечно, - перебил он сам себя. – Но если вдруг все-таки понадобится. У меня какое-то смутное предчувствие. Жду чего-то, и сам не пойму, чего. Через полгода заплатишь еще за столько же. А потом – еще и еще, сколько понадобится.
- Ты собираешься снова уйти, мастер Амади?
- Не собираюсь, - огрызнулся он. – Говорю же, предчувствие у меня. Сам толком понять не могу – точно должно что-то случиться. Так вот – в моем кабинете хранятся записи. И я хотел бы, чтобы они остались на том месте, где и лежат. Понимаешь меня? – он пронзительно взглянул на Накато.
- Понимаю… мастер Амади.
- Вот и славно, - он сдвинул свитки на одной из полок. – Вот, гляди! В стене. Эту нишу я сделал сам. Нарочно выбирал дом, в котором хозяин не окажется колдуном. И в окрестностях колдунов нет – домохозяева и ремесленники. Ключей и замков здесь нет. Открывается ниша, если приложить к ней печать. Твоя печать на руке – знак твоей принадлежности мне.
- Понимаю, - Накато кивнула.
Она поднесла руку к едва заметному знаку – и в стене открылось прямоугольное углубление. Девушка заморгала, увидев несколько рядков пирамидок из серебра. Крупная монета, ходившая на равнине, именовалась кусом. Кусами расплачивались везде. А пирамидка весила, как двадцать три куса, и стоила столько же.
Сбоку от сложенных пирамидок выстроились аккуратные столбцы монет.
- Считать ты умеешь, - проговорил Амади задумчиво. – Здесь хватит на несколько лет. И еще тебе хватит на мелкие расходы – если понадобится. Думаю, напоминать не нужно – приходить сюда в настоящей жизни следует крайне осторожно.
- А что мне делать, если ты… с тобой что-нибудь случится?
- То же самое, что и делала. Играть на флейте для высоких чиновников. Быть покорной. Изучать пение, танцы и каллиграфию, если тебя станут учить.
- А как я…
Накато не успела договорить, проснулась. Села на постели. Уставилась в проем сдвинутой ширмы, что служила окном и одновременно дверью наружу.
Оттуда веяло ночной свежестью. Остро пахло цветами, листвой, влажным воздухом. В саду царила непроглядная темнота, только звезды едва виднелись на чернильно-черном небесном куполе. Что ее разбудило?
«А как я узнаю, что с тобою что-то стряслось?» - это она хотела спросить у колдуна.
Не успела.
Глава 20. Подозрения
А что, если с Амади уже что-то случилось?
Потому как – чем еще объяснить столь внезапное пробуждение? Они не окончили разговора. А она и не знает наверняка. И не может узнать. Амади – в городе, за стеной. Она – здесь, в доме чиновника Изубы.
Если она скажет, что хочет выйти в город… что ей ответят, интересно?
Девушка встряхнулась. Кинула опасливый взгляд на перегородку, закрывавшую выход в коридор. Улеглась на подголовник, притихла.
Бежать прямо сейчас никуда не нужно. Амади сказал ведь – ее задача прежняя: играть на флейте, изображать послушную служанку. Она – горская девушка, что решила как следует устроиться в городе. Вот этим и следует заниматься. Приглядеться к тому, что происходит вокруг. Завязать знакомства. Удалось ведь ей заполучить расположение других служанок в доме писца Гачи, пусть и не сразу!