Другой тип развитого города представляет собой город, разросшийся до того, что превратился в государство. В основном такое случалось в Италии. Ив Ренуар (Renouard) выделяет три фазы в развитии итальянских городов с X до XIV века. Сперва учреждается аристократическая община, отнимающая власть у графа или епископа; затем аристократия в борьбе за власть раскалывается на враждующие группировки (основной раскол произошел между гвельфами и гибеллинами), и правителями городов становятся облеченные ограниченной властью чужаки, подеста. Наконец, силами торговой и ремесленной элиты, так называемого «жирного народа», формируется правительство из представителей ремесел и корпораций, которое сталкивается с сопротивлением «тощего народа». Повсюду, в частности в Генуе, Милане, Флоренции, Венеции и даже в Риме, власть проявляла себя непрестанной борьбой между кланами, между могущественными семействами. А главное, политика этих семейств и городских советов, которые они возглавляли, приводила к подчинению близлежащих территорий. Так начиналась эволюция этих городов в сторону городов-государств. Наиболее яркие тому примеры — Венеция, Милан и Флоренция. Однако города Италии представляли собой крайний случай и были для средневековой Европы скорее исключением. Например, знать в Италии жила в городах, между тем как в остальной Европе дворяне селились в загородных замках и только у самых богатых были дома еще и в городе.
Феномен средневекового города часто противопоставляют феодальному укладу; в средневековом городе усматривают фактор разрушения феодальности, чуждый и враждебный феодальности элемент. Однако Родни Хилтон (Hilton), а также другие исследователи показали, как во Франции и в Англии средневековые города не только совмещались с основными феодальными структурами, но и становились их частью. В самом деле, следует ясно представлять себе: хотя феодальная система была в основном разрушена Французской революцией, тем не менее Средневековье оставило Европе в наследство экономику и общество, основанные на отношениях взаимодополнения между деревней и городом, который пользовался ее ресурсами, и эти отношения преобладали над культурным антагонизмом. Города в большой мере пополнялись за счет крестьян, перебиравшихся из деревень. Население средневекового города — это более или менее недавние крестьяне. Развитие ремесел и экономики в городах подпитывается за счет земледелия. Городское управление эволюционирует от собственно сеньориального типа в сторону новых форм, которые встраиваются в феодальные структуры.
Индивидуальность европейского города
Особенность средневекового города, которую унаследует Европа Нового времени, состоит в том, что создается новый тип общества и управления, который, приспосабливаясь к феодальным структурам, обнаруживает существенные отличия от них и проходит определенную эволюцию. Эта эволюция берет начало в XI веке и приводит к концу (или, во всяком случае, к значительному ограничению) владычества над городом епископов, захвативших в свои руки гражданскую власть, и графов, которых с большим или меньшим успехом назначали императоры. Впрочем, епископы нередко официально выполняли функции графов. Случались и волнения, как правило мирные, но иногда сопровождавшиеся насилием, — например, в Лане в И 16 году мятежная толпа убила графа-епископа. Чаще всего сеньоры даровали горожанам привилегии в виде прав и льгот. Горожане же стали требовать установления формы самоуправления, которую назвали коммуной, но не всегда этого добивались. Традиционная историография ввела в обращение миф о коммунальном движении, но на самом деле, не считая Италии, горожане редко добивались этой почти полной формы независимости. Однако «права», полученные городом Лоррисом в 1155 году, послужили образцом для многих городов, принадлежавших французской короне. Граф Тулузский в 1147 году даровал «свободы» жителям Тулузы, а в 1198 году разрешил выборы консулов жителям Нима; архиепископ Арльский в 1142 и 1155 годах согласился на консульство и учреждение муниципалитета в этом городе; в Англии Генрих I между 1100 и 1135 годами даровал некоторые права Ньюкаслу-на-Тайне; Генрих II в 1155-м даровал королевскую привилегию Лондону, а в 1171–1172 годах — хартию Дублину; в Италии император Фридрих Барбаросса, побежденный городами Ломбардской Лиги, был вынужден признать их свободы при заключении Констанцского мира в 1183 году. Король Арагона в 1232 году даровал жителям Барселоны освобождение от всех пошлин на товары.
Самоуправление горожан повлекло за собой, кроме всего прочего, два последствия, оставивших глубокий след в развитии европейских городов. Во-первых, это обычай прибегать к услугам юристов, законников, которые по большей части не обладали большой юридической культурой, — она появится позже, вместе с университетским образованием, — но все же получали теоретическую и практическую подготовку в городских школах, находившихся в гуще повседневных проблем горожан. Конечно, этот обычай породит крючкотворческую, бюрократическую Европу. Однако в нравах и обычаях утвердится результат грандиозных изменений в юриспруденции, которые в XII и XIII веках приведут к перевороту в правовой системе христианского мира: начнется, во-первых, процесс обновления римского права, во-вторых, выработка канонического права (за ним останутся такие важные сферы жизни, как ростовщичество и вступление в брак), и кроме того, будут зафиксированы на письме феодальные обычаи и вольности, существовавшие до того лишь в изустной форме.
Второе последствие самоуправления — налоги. В Средние века на людей давили самые разные поборы. Особые повинности были возложены на крестьян. Это были собственно феодальные обложения. Начиная с XIII века — но не раньше — появляются налоги, которых требовали утверждавшиеся в те времена монархии, и эти королевские (сегодня мы бы сказали — государственные) налоги очень скоро стали встречать со стороны горожан яростное сопротивление, которое продолжается и в наши дни. Наконец, самыми существенными по объему обложениями являлись поборы, устанавливавшиеся и собиравшиеся городами; главными из них были подати. Эпоха налогов в Европе началась прежде всего в городах. Налоги были предназначены для финансирования, как мы сказали бы сегодня, общественных нужд; в XIII веке налоги обосновывались схоластическими доктринами, направленными на поиск общего блага. К сожалению, мир налогов очень скоро превратился в мир неравенства и несправедливости.
Эпоха равенства горожан, связанных между собой присягой, которую приносили равные равным (таков был подразумеваемый смысл общинной присяги), продлилась недолго, — если такая эпоха вообще была. В каждом более или менее автономном городском обществе мгновенно возникало неравенство, более или менее значительное. Образовывалась городская элита, как сказали бы мы сегодня, или слой нотаблей, именитых горожан. Члены этой элиты все больше отличались от остальных размерами состояний. Состояния складывались из движимого и недвижимого имущества, денег — наличных или, по примеру церквей, вложенных в изделия из драгоценных металлов. Городская иерархия учитывала также древность именитого семейства. Складывались генеалогии именитых горожан, не имевшие ничего общего с сеньориальными родами, и членом элиты мог стать горожанин, не обладавший значительным состоянием, если он унаследовал от предков имя и репутацию. Наконец, были профессии, обеспечивавшие своим обладателям уважение сограждан независимо от средств, которые зарабатывались с их помощью. Помимо доходов, основанием для отличия в городском обществе служила честь профессии. В частности, почтением пользовались юридические знания и связанные с ними функции, которые горожанин выполнял на благо города и городских обывателей. В этом мире профессий, связанных с ремесленной, торговой или юридической деятельностью, значительно изменилась система профессиональных ценностей. Уменьшилось число профессий, считавшихся незаконными и по этой причине осуждавшихся Церковью. Так, была реабилитирована профессия содержателя постоялого двора, с античных времен считавшаяся недостойной. В конце концов, полностью предосудительными остались только ростовщичество и проституция; при этом ростовщичество, как мы увидим позже, вскоре свелось к весьма ограниченной сфере деятельности и отошло на второй план; ростовщики просто одалживали деньги под проценты, — как правило, этим занимались евреи. И даже проституцию общество терпело, а то и поощряло.