— Почему бы и не угостить достойного разумного отличным напитком. — сказал я, не видя никакой враждебности или насмешки в словах собеседника.
— Трактирщик, неси бардамар, что я тебе продал.
— Господин. Он очень дорогой. Он стоит двести золотых за бочонок. Это двухсотлетний бардамар.
— Вот шельма. А у меня купил его за пятьдесят. — возмутился гном.
— Неси. — ответил я. — Весь бочонок неси и посуду вторую для моего собеседника.
Потом я повернулся к своим и спросил:
— Может еще, кто хочет с нами бардамара выпить? — все отказались.
— Меня зовут тьерр Гериндорф сын Велиндора. — представился гном и присел к нашему столу. (Примечание. При обращении к гномам используют слова «тьерр» и «тьерра», при обращении к эльфам «льет» и «льета», при обращении к людям дворянам используют слово «господин», «госпожа», «леди» или согласно титулу. При обращении к простолюдинам могут использоваться слова «сударь» и «сударыня». Конец примечания.)
— Меня можешь называть император или охотник. Я император Империи Элизиум. В Мирдрамаре временно, вместе с торговой делегацией. Приехали закупиться и продать свои товары. — представился я гному.
— Никогда не слышал. А где находится империя Элизиум? — ответил тот.
— Проклятые земли объединились с Мертвыми и образовали империю.
— Да-а-а. Ппоторопился я. Похоже, бардамар все же снес тебе кукушку. Ты хочешь сказать, что нежить объединилась с людьми и они дружно создали империю и теперь подчиняются человеку? — усмехнулся гном. — Хотя ты вообще человек? Почему у тебя глаза светятся и волосы снежно-белые?
— Бардамар, конечно крепкий напиток, но одной стопки мало, чтобы я опьянел. Я человек. А глаза у меня светиться начали, когда я поубивал в диком ковене вампиров, в их логове, всех, кто отказался мне подчиниться. И да, ты прав. Нежить и люди объединились под моим руководством в Империю Элизиум. Николас, будь добр, улыбнись, пожалуйста. — попросил я.
Николас, не понимая, что от него требуется, просто улыбнулся. Гериндорф, не понимающе, уставился на него.
— Позвольте я, император. — произнесла Лия и улыбнулась отращивая клыки. Гном подорвался, как укушенный, резко достал молот и встал в боевую стойку.
— Успокойтесь, уважаемый тьерр Гериндорф. Мы не причиним вам вреда. Мы официально находимся на территории королевства Мирдрамар. На границе нас официально пропустили. Мы не причиним никому вреда, если нас не оскорблять и не пытаться причинить нам вреда. Если наше общество вас не устраивает, мы не обидимся. Мы все поймем. — спокойным тоном и максимально вежливо сказал я.
Тут нам Лада принесла разнос с еще одной стопкой, а трактирщик поставил на стол бочонок с бардамаром. Потом они оба уставились на ощетинившегося гнома с непониманием и удалились.
Глава 25
Королевство Мирдрамар. Город Пограничый. Таверна «Усталый путник».
— Вы определились с вашим выбором, уважаемый тьерр Гериндорф? Я бы хотел уже выпить. Наконец-то нашел крепкий алкогольный напиток, который мне по нраву и не хотел бы затягивать с его употреблением. — спросил я гнома.
Гном, осмотревшись и, видимо, решив, что ему ничего не угрожает, убрал боевой молот и аккуратно присел с торца стола, на свое место. Я разлил бардамар по стопкам и сказал тост:
— За знакомство, уважаемый тьерр Гериндорф. — потом, дождавшись его ответного «За знакомство», выпил вместе с ним. Напиток растекся по телу приятным теплом а вкус раскрывался различными оттенками и послевкусием.
— Скажите, уважаемый тьерр Гериндорф, вы знаете, кто создал этот божественный напиток? — пытаясь разрядить обстановку спросил я.
— Каждый гном это знает. Бардамар создал Подгорный Отец — Хранитель гномов и передал рецепт нам, когда еще жил на Эратионе.
— Это плохо. — вздохнул я.
— Почему? — насторожился гном.
— Я хотел ему памятник поставить в столице Элизиума и заказать его у гномов. Теперь не получится. Наверняка гномы не согласятся. Может они согласятся поставить памятник у себя, а изобразят они его, как лучшего создателя крепкого алкогольного напитка? Ну и надпись соответствующую. А я оплачу. — спросил я.
— Не знаю. А зачем это тебе? У него много разных статуй.
— Тот, кто создал такой шедевр, просто обязан быть увековечен именно в таком качестве.