— Медленно, но сойдет.
Степан с перепугу портнулся в сторону, осмотрелся в различных зрениях и найдя метку на своей ауре ошарашенным голосом произнес:
— Но, когда?
— Когда вы кланялись графине. Позвольте, я сниму ее?
Степан подошел ко мне и я снял метку с его ауры.
— Николас, отдай двести тридцать золотых Степану. — Николас отсчитал золотые и протянул их Степану. Тот забрал мешочки.
— Когда вы можете выдвинуться? — спросил я Степана.
— Хоть сейчас, у нас все готово. Если графиня готова, мы можем выезжать. — ответил Степан.
— Через пару часов буду готова. Вы можете подождать два часа? — спросила Алиэтта.
— Да, графиня. — поклонился северянин.
Алиэтта взяла меня за руку и повела в мою комнату. А потом отдалась мне с такой страстью, будто это был наш последний секс в жизни.
Вернусь, накормлю этой травкой девушек Дара и запру их с ним в одной комнате, чтобы знал, скотина, какого это.
Когда мы с Алиэттой вышли, она поцеловала меня в губы и пошла со Степаном. Лия глянула на меня и заявила:
— Даже и не думай, это не считается отмазкой. Я долго терплю. Все внимание им, пока они не разъедутся, а я соскучилась. Ничего, ты быстро восстанавливаешься, не корчи мне тут недовольные рожи.
Я усмехнулся и увидел, что меня уже ждут гномы. С ними мы договорились о том же, но цены они предложили куда скромнее. Я попросил Николаса проверить их боевые способности и оставшись доволен, назвал им ту же цену, что мне назвали северяне. Гномы резко повеселели, услышав цену. А то они казались сильно удрученными, после того, как Николас, играючи, с ними расправился, ловя лезвия их топоров двумя пальцами.
Потом пришли дети в полном составе. Арант и правда, оказался самым старшим из них. У них даже была пятилетняя девочка. Как мне хотелось забрать их сейчас всех в замок. Но я не знал, смогу ли защитить их во время войны.
— Сударыня, позовите, пожалуйста, хозяина гостиницы. — попросил я служанку, которая так и дежурила возле меня.
— Да, ваше императорское величество. — сказала девушка и убежала. А у меня сжималось сердце при виде этих чумазых детей. Но все же я незаметно подлечил все их раны и вывел энергию смерти из организма.
— Чего изволите, ваше императорское величество? — спросил хозяин.
— Сначала помойте их и накормите, пригласите портного и сапожника, пусть снимут мерки, и пошьют по семь костюмов каждому и по семь пар обуви на все случаи жизни. Не надо дворянских, но хороших и качественных, чтобы было не стыдно в школу ходить. Пригласите учителей по этикету, музыке и танцам. Пригласите директора лучшей школы не для дворян. Мага, который бы взялся определить их способности, мастеров меча и рукопашного боя. К ужину они все должны быть здесь и дожидаться меня. Я все оплачу.
— Все сделаю, император. Не извольте беспокоиться. — ответил мужчина.
— Не воруй у меня. Если тебе мало тех денег, что я тебе выделил, просто скажи. Если твои аргументы будут убедительными, я добавлю. — предупредил я его.
— Что, вы император. Вы мне уже сделали годовую выручку. Я вас не обману.
— Если сделаешь все, как я прошу, то имперцев, которые будут находиться в этом городе за счет моей казны, я буду размещать у тебя.
— Не сомневайтесь, все сделаю в лучшем виде и буду чист перед вами, как слеза младенца. — залепетал хозяин.
— Идите с дядей, он вас помоет, накормит и оденет. Вечером поговорим — сказал я малышне и они пошли за хозяином гостиницы, как утята за мамкой.
— Предлагаю пообедать в трактире «Усталый путник». — сказал я оставшимся живым и все ответили согласием.
— Вам не нравится наша кухня? — спросила служанка, которая опять была рядом.
— Нравится. Просто в «Усталом путнике» подают бардамар, да и встреча у меня там.
— Вы пьете бардамар? — удивленно спросила девушка.
— Да. Только вчера это выяснил.
Как я и предполагал, зайдя в таверну «Усталый путник», я увидел Гериндорфа с супругой за столом. Судя по всему, ждут меня они уже давно. Увидев меня, оба зашевелились, Гериндорф попытался встать, чтобы подойти и обнять меня, но был жестко одернут женой и, скривив лицо, чинно подошел и поклонился.
— Рад приветствовать вас, император.
— И я рад тебя видеть тьерр Гериндорф сын Велиндора.
— Простите, император, за вчерашнее поведение моего мужа.
— Отлично он себя вчера вел, настоящий мужчина. Вот если бы он был лизоблюдом, тогда бы и извинялись.
Гном повеселел, но взглянув на выражение лица своей супруги, опять натянул серьезную мину.
— Император, прошу прощения. Моя супруга не верит тому, о чем мы с вами вчера договаривались. Поэтому я… мы бы хотели обсудить детали. — начал Герндорф.