— Даниил еще жив?
— Да он вместе со мной был в плену у вампиров, когда император нас освободил. Как вы себя чувствуете?
— Нормально, только голова кружится, но это пройдет.
— Вот и хорошо. Вы извините, что я с вами так жестко, просто надо было показать маме, на, что я способна.
И тут они вспомнили, что не одни и повернулись к наблюдающим за боем. Екатерина и охрана стояли, открыв рты, а герцог и граф с довольными ухмыляющимися лицами.
— Когда я смотрела кристаллы, я все-таки не могла до конца поверить, что ты настолько сильна. Но увидев это вживую, я тебе верю, что ты можешь себя защитить. Однако, светлые эльфы не остановятся.
— Мам, их остановит император. А я не погибну, не переживай. Без Великой Пары мне намного опаснее, чем с ней. Сейчас в бою я использовала только кортик. Рапира же даст мне намного большее преимущество в бою.
— Ладно. Пока оставь ее у себя. Потом решим, что делать. Пойдем, погуляем по замку, ты, наверное, соскучилась по своим подружкам. А завтра тебя представят ко двору короля, он тоже хочет с тобой поговорить. Тебе уже приготовили платье для приема.
— Мама, я буду носить только свои платья. Такие, в которых можно спрятать кортик и рапиру. Я их всегда ношу с собой. И я не одену одежду, где нет герба Империи Элизиум. Этот герб даст мне дополнительную защиту. Он даст мне права гражданина империи.
— Как же ты у меня повзрослела. — улыбнулась Екатерина.
На следующий день, вся семья герцога Аравийского шла по замку короля, где был организован бал в честь представления ко двору юной герцогини. Обычно, ко двору представляли только на совершеннолетие, которое наступало в пятнадцать лет. Но иногда короли могли своим решением представить ко двору раньше. Узнав, что его ближайший друг и главный финансист королевства вернул свою дочь, он тут же приказал, чтобы готовили бал для представления герцогини Ирины Аравийской ко двору.
У этого решения была еще одна сторона. Король хотел узнать. Как можно больше об Империи Элизиум из первоисточника. Но часто и надолго оставаться наедине с чужим ребенком ему не позволял этикет. Представление ко двору означало, что ребенок достиг совершеннолетия, со всеми вытекающими последствиями. Герцог хорошо понимал это и не возражал, он знал, что король не обидит его дочь, да и дочь может за себя постоять. По этикету, тому, кого представляют и его семье нужно прибыть на бал позже, чем он начнется, но раньше, чем на бал прибудет король. Герцог точно знал, когда ему нужно прибыть и они всей семьей пришли в нужное время.
— Герцог Аравийский с семьей. — раздался голос глашатая и огромные двери тронного зала короля Мирдрамара Генриха третьего распахнулись.
Все перестали разговаривать и повернулись к двери. Герцог с женой шли впереди, за ними следом шли Андрей и Ирина. Дворяне кланялись и перешептывались. Герцог с семьей дошли до места, где они и должны находиться. Это место находилось рядом с троном. Симон и Екатерина стояли рядом друг с другом, справа от герцога стоял Андрей, Слева от Екатерины Ирина. Первым к ним подошел глава тайной канцелярии граф Елат ван Лион:
— Ваша светлость, позвольте поздравить вас с возвращением вашей дочери в родной дом и с ее совершеннолетием. Я безмерно счастлив за вас. — поклонившись, сказал Елат. В его произношении не было ни угроз, ни лизоблюдства. Это был честный и благородный человек, закаленный на посту главы тайной канцелярии. Он ценил в людях именно честность и благородство и поэтому, искренне уважал герцога и его жену.
Однако он понимал, что пребывание дочери в руках нежити не могло не сказаться на психике ребенка, а значит и его родителей, поэтому он очень пристально стал наблюдать за всем семейством Аравийских, когда выяснилось, что их дочь жива. Это не ушло от внимания герцога, но он был спокоен, потому, что теперь он твердо знал, что Империя Элизиум не желает вреда королевству Мирдрамар.
— Благодарю вас, ваше сиятельство. — поклонился в ответ герцог.
— Леди Ирина, поздравляю вас с совершеннолетием. Мне очень жаль, что вам пришлось пережить такое, да еще в столь юном возрасте.
— Спасибо, ваше сиятельство за поздравления. Однако, я ни сколько не жалею о том, что со мной это произошло. Я получила гораздо больше, чем пережила.
— Восхищаюсь вашей смелостью и стойкостью леди. — в знак восхищения волей девочки, слегка поклонился граф Елат.
Следующим подошел граф Чегем ван Лихт. После его поздравлений раздались три удара посохом о пол и глашатай объявил: