Я мысленно обратился к Лие:
— Все? он будет жить?
— Я закончила. В его крови больше нет ничего поглощающего ману. Но все же стоит за ним понаблюдать какое-то время.
— Лечение окончено. — вслух сказал я, обращаясь к Тиану. — Однако, мы не знаем, как в кровь вашего сына попали эти тела. Не исключено, что его тело само их воспроизвело и нет гарантий, что это не повториться. Поэтому, было бы лучше, чтобы он находился под наблюдением ее сиятелсьтва леди Лии ван Тир, некоторое время. Ну, или вы бы привозили сына в империю, скажем, один раз в месяц. Раз в месяц я могу присылать дракона ко двору, если его величество разрешит. А сейчас ваш сын перестал умирать и мана стала накапливаться в его теле. Прошу вас, убедиться в этом самому.
Лия отошла от мальчика, а Тиан, который закончил накладывать очередное регенерирующее заклинание на дочь Елата, подошел к сыну и пристально стал в него всматриваться. Потом, он поднялся и низко поклонившись мне произнес:
— Спасибо вам, за жизнь моего сына.
Елан тоже вышел вперед, поклонился и сказал:
— Спасибо и за мою дочь тоже.
По залу пронеслись шепотки и небольшой гул, а я обратился к Генриху:
— Так вот, третий подарок, мы продемонстрировали, когда лечили дочь Елата ван Лион и залечивали порез сына Тиана ван Дальмин. Этот набор — называется «аптечка». Им можно залечивать даже самые страшные раны. Вы наверняка его видели в кристаллах с записями из воспоминаний графа Чегем. Империя дарит королевству Мирдрамар десять аптечек из них четыре малых, три средних и три больших аптечки. Еще к ним мы прилагаем десять клубней, которые вытягивают ману смерти. Эти клубни входят в состав аптечек, но мы дарим их дополнительно, чтобы можно было лечить такие случаи, как у дочери графа Елата ван Лион. Аптечки не будут продаваться. Их мы дарим вам, исключительно потому, что вы первое государство, которое пожелало провести с нами переговоры и приняли вы нас, как равных. Для того, чтобы вы не стали портить аптечки и клубни сразу, скажу, открыв их уже не закроешь и если аптечкой или клубнем не воспользоваться сразу, как открыл, то она испортится. Клубни можно вырастить только на территории империи и аптечки создаются тоже только у нас. В другом месте, это не сделать даже нам.
После этих слов, моя прислуга передала мне сундучок из золота. Я лично взял его и, подойдя к королю Мирдрамара раскрыл его так, чтобы Генрих видел его содержимое. В этом сундучке на бархатных подушечках лежали десять аптечек и десять клубней растения Манагарм, запечатанных в энергетическом изоляторе.
Генрих с некоторым вожделением принял сундучок у меня из рук, потрогал аптечки и передал его своим жене и сыну. Те, насмотревшись, отдали это сокровище придворному магу. Тот тут же закрыл сундучок и встал на свое место, не выпуская его из рук.
— Что ж, подарки поистине императорские. — сказал Генрих. — Я благодарю вас за них и за жизни детей моих приближенных. А сейчас я приглашаю вас к столу, вы наверняка проголодались. Но сначала вас проводят в ваши покои, чтобы вы могли немного передохнуть с дороги.
— Благодарю вас, ваше величество. — ответил я.
Мы с Лией лежали в покоях, выделенных мне Генрихом. Я стал замечать, что меня все больше притягивает эта красивая рыжая вампиресса, но пока, я отчаянно сопротивляюсь. Хотя это очень трудно сделать. Ведь до сих пор я не нашел у Лии ни одного недостатка, который бы меня не устраивал.
Мы лежали в покоях, обнимаясь и наслаждаясь обществом друг друга. Просто молча лежали полностью одетые.
Раздался стук в дверь. Я встал, а Лия осталась лежать, лишь перевернувшись на живот и задрав ноги.
— Входите. — громко ответил я и в дверь вошел Тиан ван Дальмин.
— Прошу прощения, ваше императорское величество, что помешал вашему досугу. Я пришел, чтобы еще раз отблагодарить вас за спасение моего наследника. Он единственный сын у меня и родить другого мне так и не удалось. Я уже решил, что род Дальмин прервется, но благодаря вам и вам ваше сиятельство, моя жизнь опять наполнилась смыслом, а мой род еще долго будет топтать Эратион. — сказал Тиан и улыбнулся, склонившись в глубоком поклоне.
— Так вы же нас уже отблагодарили. — сказала Лия, явно имея ввиду ту слизь, которую она себе заполучила. А я не стал возражать, что она влезла в разговор. В конце концов, это она излечила мальчика и я один с такой болезнью не справился бы.
— Вы о той слизи? Значит Елат был прав и она действительно представляет для вас ценность. Но не подскажите, какую именно ценность представляет собой эта слизь?