Он уходил, а потом приходили осведомлённые во всём варвары. Вожди недоумевали, как ? Откуда Урагава знали самые большие тайны. Ведь лучшие воины племен на корню пресекали лазутчиков. Колдун ухмылялся в стекленеющие глаза жертв. Раньше так и было, пока у него не появился Чёрный Кот. Тот же в это время нежился на возвышении, наблюдая, как воины его отца расправляются с очередным мирным поселением, иногда зевал от скуки. Он никогда не был в рядах бойцов – ещё одна привилегия Пятнистого Принца.
Достигнув двадцатилетия, молодой индеец по праву считался равным отцу в магии, а также превосходил по силе и ловкости самых опытных воинов Урагава. На него хотели равняться даже пленные . Потомку гепардов претило такое отношение к себе, но влияние своё использовал только в самых крайних случаях. Неусыпное внимание отца постепенно ослабло. Он уже спокойно отпускал Чёрного Кота в образе животного гулять по прериям.
Что и привело к последующим событиям.
Привычно обходя владения Урагавы, Чёрный Кот забрёл на чужую территорию. Странным было поведение поселенцев при виде него. Индейцы не улюлюкали, не гоготали, не замахивались палками, не прогоняли дикую кошку. Они шептались, показывали на него пальцем. И тут лазутчик-оборотень увидел её.
На момент замужества Эвире было шестнадцать. Такая маленькая, тощенькая с двумя чёрными косами почти до колен. А в глазах плескался янтарный рай. Настолько чистый был цвет её глаз. Гепард остановился, присел на задние лапы и с любопытством склонил голову вбок. Ну, надо же. Их молчаливое знакомство длилось недолго. Из вигвама вышел пожилой вождь с секирой. Он испугано прижал к себе юную жену. Что-то больно кольнуло в груди гепарда. Он встал на дыбы, намереваясь прыгнуть на Эвиру. Как вдруг вождь и девушка припали лбом к земле, вытянув руки вперёд.
Что такое, думал гепард. На солнце блеснул его кулон. Ох, он опять забыл его снять при обращении. Как будто пелена спала с глаз. Всюду были такие же изображения на кулонах индейцев, балбалы и истуканы. В зелёных кошачьих глазах блеснула боль. Гепард исчез в джунглях.
Ни одно мирное племя не заподозрит дикое животное в шпионаже. А потому он всегда спокойно возвращался к отцу и рассказывал о примеченном племени. Но не сегодня.
Через несколько дней Чёрный Кот снова вернулся. Из зарослей наблюдал, как Эвира смеётся и кружится с другими девушками. Видимо готовились к брачной ночи. Снова сжалось сердце. Гепард рыкнул и убежал.
Эвира вздрогнула и посмотрела на шелестевшие кусты. Она чувствовала его. Знала, что дикий зверь смотрит на неё, поэтому напустила на себя веселье. А теперь он ушёл. Стало пусто и грустно.
- Лунный Дождь, звал? - Эвира зашла к мужу в шатёр.
- Давай повременим с инициацией моей жены,- старый вождь задумчиво потирал подбородок.
- Я что-то не так сделала? – испугано спросила она у мужа.
- Нет. С тобой всё в порядке. Я думаю…. Но посмотрим, - улыбка старейшины успокоила девушку, одновременно вызвав множество вопросов в голове. Прикусив губу, Эвира почтительно поклонилась и вышла.
Он думает, что я божество и пришёл за тобой, усмехнулся про себя гепард-индеец, лежа в тени шатра Лунного Дождя, и, нетерпеливо стуча хвостом по земле. Животное встало и направилось следом за красавицей. Эвира уже заметила периферическим зрением следовавшую за ней тень. Сердце ухнуло от страха в пятки. Бежать нельзя. Муж говорит, в звере проснутся инстинкты, даже если он и не думал нападать. Почему мой вигвам так далеко? В раздражении думала Эвира. Вот именно, ха-ха, вторил ей в голове чей-то мужской голос.
Эвира обернулась.
- Ты это мне? – обращение осталось без ответа, гепард огляделся по сторонам, прикидываясь абсолютно диким. – Ну, ну, делай из меня дуру.
Страх совсем прошёл. Девушка зашла в чум и больше не выходила. Делать нечего, нужно возвращаться во владения Урагавы.
Синяя Сова заметила душевное смятение подруги.