- Я- бог!!! – завопил шаман, разве тебе этого мало? Женщина – это зло! Из-за неё рождаются больные дети, совершаются предательства, прекращаются войны.
- А разве это плохо? Вести мирную жизнь?
- А жрать ты что будешь?
Чёрному Коту нечего было ответить, да и не хотелось. Индеец вышел из шатра отца. Тот тоже резко отвернулся от выходящего сына. Чистейшая неблагодарность на заботу вождя.
На рассвете Чёрный Кот, обернувшись гепардом, бесшумно вошёл в деревню ндимаараихе. В вигваме Эвиры было тихо. Он защитит их любой ценой. Едва кот повернулся к выходу, как раздался душераздирающий крик молодой женщины. Следом раздался плач новорожденного. Сердце заметалось, заставляя беситься и тело животного. Гепард рванулся к любимой с сыном. Что-то неспокойно. Сынок. Не вовремя ты решил посетить этот мир.
Лунный Дождь, молча, наблюдал за происходящим. Старый вождь сразу догадался, тотем выбрал его жену. И беспрекословно подчинился велению божества.
Хотя официально для всех Эвира была женой вождя, перечить воле богов он не посмел. Лунный Дождь не предъявлял законных супружеских прав на любимую супругу. Сплетни упорно расползались по селению, что, мол, даже старейшина не желает прикасаться к ней. С появлением живота слухи прекратились, избавив чету от позора. Мудрый вождь всё знал и видел, но молчал.
И даже сейчас, видя всё это, он благодарил гепарда. Животное не находило себе места, стоя в проходе в вигвам. Он постоянно глядел в сторону джунглей. Кошачий рык разбудил мирных селян. Сначала они кинулись к вигваму, решив, что гепард обезумел, но не могли приблизиться.
- Стойте! Он защищает своё. Враги близко, – вождь опустил глаза, – нужно попросить защиты у тотема. – где-то неподалёку шастают Урагава, он усиленно молил тотем о защите.
Из джунглей высыпали Урагава, послышались их грозные крики. На свой страх и риск женщины с детьми окружили вигвам Эвиры плотным кольцом. Перед ними стояли мужчины.
Оранжевый Волк опешил. Рукой подал знак остановиться.
- Чёрный Кот! Знаешь ли ты , почему у тебя такое имя? – разорвал колдун тишину, пытаясь вызвать сына из шатра. – Потому , что ты сеешь смерть одним своим появлением.
- Не верь ему, - тихо шептала обессиленная Эвира, успокаивающе гладя животное.
Оранжевый Волк поманил к себе воина по имени Зоркий Глаз. Тот натянул тетиву.
- Позаботься о на… хак, - только и успела произнести возлюбленная гепарда. Изо рта потекла тонкая кровавая струйка. Слеза обожгла сердце, заставляя гепарда взреветь в бешенстве. Воины ринулись на Урагава. Он летел в бой, мысленно посылая впереди себя всех духов диких кошек на одного отца. Чёрный Кот никогда ему этого не простит. На бегу колдун обернулся в огромного рыжего волка. Они просто налетели друг на друга, высекая искры ненависти и жестокости.
- Ха-ха-ха, - мысленно смеялся волк, - теперь благодаря тебе я порабощу богатое племя. Их головы станут моим трофеем.
- Не дождёшься, - вторил ему также гепард.
Волк сделал обманный выпад и разодрал ему тело от ключицы до рёбер. В глазах помутнело от боли. Гепард отскочил, тряся головой. Зловещий блеск в глазах волка торжествующе поблёскивал. Колдун уже предвкушал победу и наступал на сына, осыпая его ударами и рваными укусами. Гепард пал. Но радость варваров была недолгой. Среди них прошелся испуганный трепет . откуда здесь столько гепардов? Пятнистая волна накрыла завоевателей, сея ужас и кровь. Урагава вместе с колдуном в смятении отступали. Недолго думая, шаман забрал с собой полумёртвое тело сына и его ребёнка.
Оранжевый Волк пребывал в бешенстве и сильной обиде на Чёрного Кота. Потому сам не занимался его лечением, старательно изображая равнодушие. Связующим звеном между отцом и сыном был Большой Филин, личный лекарь шамана. Он один мог сладить с буйным характером вождя, прекрасно угадывая его тайные желания.
- Сегодня очнулся Чёрный Кот, но говорить отказался. Младенца из рук не выпускает. – колдун махнул рукой, отпуская лекаря восвояси. Шрам на лице от когтей гепарда болел гораздо меньше, чем шрам от его предательства и ревности, хотя тоже был досадным тяжёлым напоминанием недавних событий.