— А откуда?
— Да сам и покупает! Но такие простые и повторяемые действия у него происходят как бы вне сознания. Или, чтобы вам было доступнее, простыми запросами у него ведает спинной мозг, а головной занимается именно его обожаемой математикой.
Ингрид вздохнула.
— Ну, у Владимира еще до такого не дошло, к счастью. Он помнит все. Даже удивительно, как помнит много.
— Это неудивительно, — успокоила она. — Мозг ученого натренирован, как у вас говорят, быть постоянно на стреме. Но вы не волнуйтесь, дорогая. Он о вас помнит. Даже относится с нежностью.
Ингрид напряглась.
— Как это с нежностью? Я ему что, кошечка какая-то?
— Вроде того, — ответила она с улыбкой. — Но разве плохо? Сильный мужчина заботится о слабой женщине… Хотя, конечно, вас трудно назвать слабой. Но он все равно сильнее.
— Вот-вот! Как-то слишком быстро превратился в… мужчину. Вы не представляете, какой это был слизняк, когда я увидела его впервые в их лаборатории!
— Он ученый, — пояснила Рябинкина, — в своем коллективе привык быть таким. Но когда пришлось оказаться среди людей совсем другого склада, сумел приспособиться. Дорогая, у человека со степенью диапазон намного шире, чем у грузчика. Доктор наук может делать и свою работу, и работу грузчика, а вот грузчик работу доктора вряд ли… Не волнуйтесь, он совершенно нормален.
— Ох, — сказала Ингрид. — Ну хорошо, а то на такой важной работе, как у нас, ему нужно быть… собранным.
Рябинкина улыбнулась.
— Приятно, что вы о нем заботитесь, а он о вас. Вы с ним любовью уже успели? А-а, можете не отвечать, вижу… Все хорошо, дорогая. Если вдруг что, моя жилетка в вашем распоряжении.
Глава 8
Я сидел в конце коридора, когда Ингрид вышла из кабинета психоаналитика, красивая и подтянутая, улыбнулась мне издали.
— Что, — спросил я, — у тебя отклонений больше?
Она вскинула брови.
— Что-что?.. Нет, я не проверялась. А вот ты должен за мной в зубах сумочку носить, так она и сказала.
— Если бы тапочки, — буркнул я, — тогда да, не против, а сумочку… по магазинам? Нет, на такую жертву ни один мужчина не пойдет.
Она пошла рядом, сказала негромко:
— Странно она как-то… Говорит, не нашла в тебе никаких отклонений. Удивительно.
— Почему удивительно?
Она зябко пожала плечами.
— Потому что отклонения есть у всех. А у тебя вот не нашла. Она просто удивилась, а я вот даже…
— Обрадовалась? — сказал я с сарказмом.
— Встревожилась! — сказала она сердито. — Она тебя только сегодня узрела, а я насмотрелась, уже страшно! Ты как нечеловек…
Мы спустились вниз, она с крыльца жестом позвала свой автомобильчик.
Я сказал мирно:
— Да понятно, понятно. За нормального человека, даже за идеального, взят простой человек, психически здоровый, любитель пива и футбола, что в выходные едет на дачу жарить шашлычки, а летом в отпуск в Турцию… Научные сотрудники от кандидата и выше вообще-то психически тоже здоровые, но им насрать на какой-то там футбол, они и после окончания рабочего дня остаются в лабораториях… а это уже ненормально, верно?
Она сказала в затруднении:
— Не в этом дело. Ты на все реагируешь как-то… иначе. Для тебя даже, что зарезать человека, что не зарезать — одинаково.
Я посмотрел на нее с интересом.
— Правда?.. Надо будет присмотреться. Вообще-то человек и корова — млекопитающие, но коров человек режет спокойно, как и коз, свиней… Думаешь, человек чем-то отличается?.. Ты уроки анатомии в школе точно прогуливала с такой фигурой!
Она зябко передернула плечами.
— Прекрати!.. Погоди, не сюда!
Я не успел опомниться, она подтолкнула к неприметной двери, за нею в глаза бросились полустертые каменные ступеньки, ведущие глубоко вниз.
— Это чё? — спросил я с подозрением.
— Топай-топай, — сказала она злорадно. — Я же говорила. Там в подвале тир. Осталось сдать норматив по стрельбе, и все.
— Чего? — спросил я. — Разве ты еще не сдала?
Она снова толкнула меня в спину, я слышал, как уверенно топает сзади, как конвоир за пленным партизаном.
— Тебе сдать, — пояснила она. — Я же говорила. Такие правила. Понимаешь, всяк хочет снять с себя ответственность. Это как по технике безопасности. Если твоя подпись стоит, что ознакомлен, то сам виноват, если тебе на голову упадет строительный кран.
Я вытаращил глаза.
— Погоди, они что, совсем идиоты?..
— Вроде бы нет, — ответила она с настороженностью. — Ты чего взъелся?