Надежда не задумывалась, почему и откуда знает столько подробностей из жизни Ренерель. Воспоминания королевы были для неё открытой и много раз прочитанной книгой. Какая уж тут злость. Тут только обнять крепко-крепко и пожелать сил.
— "Спасибо, — прозвучал мягкий голос Ренерель в голове Надежды. — Твоя жизнь тоже не самая лёгкая. Но ты не захотела отомстить.
— Ты королева? — подумала Надежда.
— Мы королева. Теперь королева это мы, — в голосе явно звучала усмешка. — Покровительница не зря тебе обещала, что теперь ты не на секунду не останешься одна, а мне, что я увижу, что будет, когда она исполнит мою мольбу.
— И как это будет? Королева будет спорить сама с собой? Или по чётным числам решать всё будешь ты, а по нечётным я? — не понимала Надежда.
— Спорить и разговаривать с собой королеве не стоит, — хмыкнула Ренерель. — По крайней мере вслух. В лучшем случае сочтут сошедшей с ума, и запрут в каменном мешке. В худшем, обвинят в колдовстве. И тогда нас ждёт только костёр.
— Безумие, — оценила ситуацию Надежда.
— Божественная справедливость. — Не согласилась с ней Ренерель. — Это же справедливо, что мстить за себя должна я сама? Но и я не понимаю, как нам быть.
— Выживать, Рене. Выживать," — вздохнула Надежда.
Впервые за несколько дней её Величество Ренерель Сансорийская открыла глаза. Никто не удивился тому, что её величество не понимает где она и что вообще происходит.
— Осторожно, ваше величество, — поспешила поддержать её Эмма, имя которой Надежда нашла в тех воспоминаниях, что разделила с Ренерель. — Вода отполировала всю поверхность так, словно это гладкий лед или зеркало.
— Жива, надо же, — усмехнулся незнакомый мужчина.
Королева внимательно его разглядывала.
— Айслард, сотник фрайменов, — представился он, также внимательно разглядывая её Величество, и щёлкнув ногтем по серьге в своём ухе.
— И бастард Роттенбладов, — закончила королева, разглядывая волосы, частью заплетённые в косы, частью небрежно падающие на широкие плечи и отброшенные в сторону кожаные доспехи и тёплый меховой плащ.
— Фраймена не спрашивают о том, кто его родил, и том, кто родился от него, — сверкнула самоуверенная улыбка.
— Как удобно, — покачала головой королева.
— Конечно, в противном случае я не смог бы даже пройти по улицам любого из северных городов. Изменники и бастарды подлежат казни, чтобы не повадно было нарушать брачные обеты. — Пожал плечами Айслард. — Вас смущает моё присутствие?
— Я видела вас в свите лорда Элвина, вы весьма схожи с леди Одеттой, — говорила потирая виски, ноющие от слабости и нудной пульсирующей боли. — Ваше присутствие здесь, чем бы это здесь не являлось, не может не смущать.
— Выпейте, ваше величество. Это придаст сил и уймëт головную боль. А ещё притупит голод. До бульона ещё час, а вы давно не ели, — протянул ей походную кружку Кроули.
— И что это? — настороженно смотрела в кружку её величество. — Твои снадобья конечно очень действенны, но на вкус…
— Мох, грибы, два вида лишайника и ещё кое-что по мелочи, — улыбнулся ей Кроули. — Никакой гадости вроде совести Роттенбладов, их крови и прочих частей тела там нет.
Её величество зажмурилась и в несколько глотков опустошила кружку. Ей пришлось минут пять дышать ртом, удерживая горькое лекарство внутри. О еде даже слышать не хотелось. Обессилев от этого простого действия и ожидая, когда обещанное действие зелья начнёт проявляться, её величество снова облокотилась на покатый край каменной чаши, скрываясь под бурлящей водой. Только сейчас отметив, что в воде она находится в рубашке, надёжно скрывающей её тело от любопытных глаз.
— Что это за место? — спросила она, осматриваясь по сторонам.
— Бурлящие пещеры. — Ответил, к удивлению королевы, фраймен. — Одно из тайных мест братства вольных охотников севера. О нём не знают даже местные. По крайней мере, ваш слуга весьма удивился, оказавшись здесь. После того, как опустили вас в воду, он всё ходил и восхищался. Радовался и восхищался. Восхищался и радовался.
— Кроули не слуга. Он скорее опекун одной попавшей в беду королевы. И друг. Потому что ничем иным я не могу объяснить тот факт, что он до сих пор не оставил меня. Проблем нахождение рядом со мной явно сулит больше, чем благ. И если что-то вызвало его восхищение, значит это что-то наверняка удивительное, — ответила королева, замечая, как распрямились плечи склонившегося над котелком Кроули.
— Вы правы, ваше величество. — Ответил Кроули. — Если что и могло вас спасти, то только эти пещеры. Вода здесь идёт из-под земли, нагреваясь от негасимого подземного пламени. Вы привыкли, и может не ощущаете. Но она очень горячая. Видите, даже в воздухе пар, как в большой парильне. Воду из этих чаш пить нельзя, она насыщена солями и пылью минералов. А больному ей дышать самое то! Чувствуете, у вас ни горло не болит, ни нос не заложен. Болезнь и грязь вымывает. Любую. Хоть ты с оспой сюда ложись. А фраймены такие места ищут больше, чем службу за большой куш. Для них лишь в них спасение. И берегут пути к ним, как великую тайну. Я ушам своим не поверил, когда этот появился на перекрёстке, схватил вас на руки и велел гнать. Только указывал куда сворачивать.