— Наёмником из братства? А откуда такие мысли надуло? — пришёл черёд королеве хмуриться.
— Братство давно выросло из рубашки ватаги разбойников, готовых служить за деньги любому. У них давно своя структура власти, управление и казна. Теперь они ещё и не перекати поле, а есть место, полученное ими по закону, и где эти законы устанавливает само братство. — Напомнил Руперт. — Союз с королевой Рогнарйсленда для них прямой путь не только к признанию и обретению влияния. И чем надёжнее этот союз, тем лучше. А что может быть прочнее брачных уз между умными и дальновидными супругами? Но это так, мои мысли. Пока же народ в целом пересказывает друг другу байку о том, что сотник Айслард вместо золота захватил из замка протектора любимые цветы королевы, и смеётся, что особое внимание к вашему величеству у Роттенбладов похоже фамильная черта, причём столь сильная, что проявляется она даже у тех, кто не совсем Роттенблад.
— Вот как, — задумалась королева. — Знаете, пока вы мне этого не сказали, я и не замечала этих знаков внимания.
— Тогда забудьте, что я вам говорил. Наши законы, как наши земли. Одинаково суровы ко всем, а вы всё ещё жена короля, — произнёс рыболов. — И вы прекрасно знаете, что ждёт тез, кто не верен супружеским клятвам.
— Ближе всего из того, что уготовило нам будущее, это бой с армадой Лангории под командованием взбешëнного первой неудачей лорда Карсио, — посмотрела в сторону уже почти затопленного затора королева. — Передайте гребцам, что могут больше не удерживать корабли, нам пора уходить вперёд.
Руперт коротко поклонился и поспешил вниз, оставив её величество одну. Королева усилием воли отогнала смутные мысли, посеянные старшиной рыболовов. Слишком сложный наступал момент, чтобы уделять внимание столь далёким перспективам.
Корабли королевы как будто справились с течением и ветром и наконец-то начали набирать ход, что вызвало настоящий приступ истерики на мостике нового флагмана эскадры Лангории. В сторону догорающего и частично затонувшего затора полетело больше снарядов. Вскоре путь был расчищен. Корабли эскадры устремились вперёд, огибая хищно изогнутый мыс. Вот только лорд Карсио совсем упустил из виду, что высокие прибрежные скалы не только закрывали получившийся залив от ветра, но и закрывал всё, что происходит на море от тех, кто зашёл за коготь мыса. В равной степени, как и от тех, кто находится на открытой воде всё, что происходит с внутренней стороны когтя. И королева собиралась использовать оба варианта.
В волнении Рена теребила ожерелье бурь, слишком многое сейчас было поставлено на карту, и как никогда прежде зависело от любой мелочи. Она пристально вглядывалась в гребень мыса. Именно там, в самой высокой точке, стояли сигнальщики, которые не должны были дать королеве «ослепнуть» при заходе в залив. И они же должны были передать самую важную весть, от которой сегодня зависело очень многое, если не всё.
— Ваше величество! — подбежал к королеве Хендрик, один из юных знаменосцев. — Кроули дал знать, что он с железными легионами встал на берегу за Зубами. Кагорты железных островов развернулись вдоль всего побережья и выставили осадные требушеты. Готовятся встречать южан.
— Благодарю, Хендрик! Добрая весть, — кивнула королева.
— Ваше величество, эскадра Лангории вошла в залив, — доложил один из смотрящих, расшифровывая сигналы с гребня.
— Скажите гребцам, пусть сменятся. Сейчас нам нужна максимальная скорость, — отдала команду королева.
Три корабля устремились вперёд, туда, где не скрываясь их ждали ещё несколько шхун. Корабли-приманка точно прошли в зазоры между встречающими кораблями. Капитаны начали развороты, чтобы стать бортами в сторону спешащих лангорийцев. Те сильно замедлились, так как почти сразу попадали в безветряную зону. Большие и гордые корабли под ало-золотыми флагами замирали, подчиняясь отныне лишь морскому течению.
— Залп, — прошептала королева, зная, что её команды здесь и сейчас не нужны.
А мешать она не собиралась. Моряки в мачтовых гнёздах подняли сигнальные флаги. Яркие полотнища пошли вниз одновременно, словно по команде. Зычные голоса на рыбацких шхунах разорвали относительное затишье.
Одновременно выстрелили баллисты и на тех северных кораблях, что встречали южан, выстроившись прямо по курсу. И те, что поджидали в затоках. Королева решила, что большую часть кораблей необходимо разместить вдоль внутренней стороны мыса. Тогда они будут стрелять в бок эскадры, по длинне борта. А развернуться кораблям Лангории не позволит заслон впереди. Ведь тогда они просто подставят борта с другой стороны.