В тот момент, когда сотни братства ввязались в бой, канцлер замкнул внешнее кольцо солдат вокруг место сражения. Ни рыцарей, против которых на поле боя играла их неповоротливость и тяжёлая броня, а солдат, набранных из простого народа и вымуштрованных.
Но главное…
Не было никаких пленников. Под видом выходцев с северных земель шли такие же солдаты. В нужный момент они просто разобрали оружие с крытых повозок. И именно они усилили давление на пришедших на выручку северян. Тщательно спланированная и подготовленная ловушка захлопнулась, превратившись в смертельную западню.
Канцлер мгновенно приобрёл ореол талантливого полководца. В Доргсауте его встречали овациями.
Королева же, выслушивая подробности, которые словно крошки, собрал для неё верный Кроули, смотрела строго вперёд. Только на линию горизонта, чтобы ничем, ни единым движением ресниц не выдать той бури, что бушевала внутри.
— Канцлер велел добить только самых тяжёлых, кто уже почти не дышал. Остальных… Как он объявил, остальных ждёт справедливый и законный суд в Доргсауте. И воздаяние по проступкам. — Опустил голову Кроули. — Кроме наёмников. Ведь наёмники всегда и везде вне закона. Ваше величество…
— Прошу, — судорожно вздохнула королева. — Оставьте меня пожалуйста одну, Кроули. Ненадолго. Это тяжёлые вести.
Королева развернула коня и поднялась на холм рядом с дорогой, надеясь, что ветер поможет скрыть или хотя бы объяснить покрасневшие глаза и кривящиеся от сдерживаемых рыданий губы.
Именно поэтому её величество увидела впереди нечто странное. Нахмурившись она искала глазами Кроули. К морию только-только подъехал спешащий всадник и что-то быстро произнёс. Правая рука королевы вскинул голову, встретившись взглядом с Ренерель.
— Ваше величество, — быстро пустил он коня наперерез королеве. — Не стоит…
— Я так понимаю, канцлер в свойственной Роттенбладам манере, сообщил, что нас ждут? — произнесла королева, внутренне сжавшись. — Передайте приказ ускорится. Смысла скрываться и осторожничать больше нет. А растягивать силы сейчас опасно.
Королеве пришлось ещё несколько раз потребовать, чтобы её пропустили. Все вокруг словно сговорились как можно дольше оттягивать тот момент, когда её величество увидит все подробности оставленного канцлером немого послания.
С двух сторон от грунтовой дороги были вбиты столбы к которым были привязаны трупы. Слишком много, чтобы сохранилась хоть какая-то надежда.
— Ваше величество, не смотрите. — Тихо произнёс рядом Ллойд.
— Наоборот, я должна смотреть. И смотреть очень внимательно, чтобы запомнить, — покачала головой королева. — Я хочу, чтобы именно это я видела, когда буду смотреть в глаза канцлера.
— Твари! — раздалось рядом. — С живых же…
— Простите… — посмотрела королева на сухонького, жилистого старика с таким морщинистым лицом, что сразу вспоминалась кора дерева.
— Йëхер, ваше величество, — посмотрел на королеву старик.
— Охотник на бурков? — вспомнила королева рассказ Кроули во время пути на север.
— Он самый, — прищурился охотник.
— Не удивляйтесь, что мне знакомо ваше имя, — объяснила её величество. — Я вспоминаю его каждый раз, когда закутываюсь в подаренную вами шкуру. Во время бесконечного пути под Ливнем рядом со мной была лишь она, Эмма и Кроули. Я помню об этом.
— Хорошая же у вас память, — пожал плечами под странного вида кольчугой старик. — Одно я вам скажу, вашество, каждый охотник, ещё и скорняк. По тому, как застывает мышца, я могу сказать, как погиб тот, с кого содрали шкуру. Зверь ли это или человек. С этих парней содрали кожу пока они были ещё живы.
Королева выдохнула через нос, прикрыв глаза. Все трупы действительно были лишены кожи. Лишь малая часть на лицах была оставлена словно специально, чтобы была возможность опознать. Но одно дело видеть следы глумления над уже погибшими, и совсем другое понимать, что все эти люди умирали, испытывая адскую боль.
Её величество остановилась перед одним из мертвецов. Её ладонь опустилась на лицо бывшего сотника, прикрывая навечно ослепшие глаза.
— Кроули, я хочу знать всё, что известно о Доргсауте. Абсолютно. Слухи, легенды, воспоминания, — отчеканила королева.
— Ваше величество, Доргсаут это уже древние королевские земли. Эта крепость едва ли не старше столицы. Это уже будет не защита, а окончательное объявление войны, — подошёл к королеве Ллойд, следивший за тем, как погибших наёмников отвязывали от столбов. — А парни… Мы всего лишь наёмники.