— Прошу прощения, юная леди, но Сансория не объявляла войну вашему королю. Мой отец и я привели сюда войска для защиты законных интересов Ренерель Сансорийской, которую королевский род Сансории взял под опеку. А вам наверняка известны законы Сансории, под действие которых вы теперь подпадаете, — поправил леди Маргариту присутствующий здесь же принц Армонд.
— Подождите, — остановила разгорающийся спор королева. — О каком совете речь и по какой вообще причине короли Сансории вдруг решили, что я, а точнее моё наследство по матери, нуждаемся в их опеке? Если несколько лет назад, когда я просила о помощи, мне было отказано даже в совете? Братья не нашли для меня даже и нескольких слов.
— Позвольте, ваше величество, но как это возможно? — нахмурился принц Армонд. — Я младше вас, но не намного. Всего на три года! И ни отец, ни дядя ни разу не упоминали о подобном вашем обращении!
— Во время моего последнего визита, связанного с траурной церемонией нашего общего отца, я пыталась рассказать братьям о сложившейся ситуации между мной и моим супругом, принцем Керальтом. — Поделилась воспоминаниями королева. — Мне в грубой форме было высказано, что никто не собирается выслушивать мои жалобы и вмешиваться в мои семейные проблемы. Более того, меня обвинили в недальновидности и попытках втянуть Сансорию в конфликт с другим государством из-за моего недовольства мужем. А на взгляд вашего отца, принц, вообще именно я виновата во всех проблемах с моим супругом. А тут самовольно назначают опеку, присваивают себе земли, начинают устанавливать свои законы и порядки, и просто грабят побережье. Объясните мне, дорогой племянник, на основании чего? Откуда взялась эта новость о моём разводе?
— Боюсь, ваше величество, что этот вопрос вам нужно адресовать мне, — напомнила о себе леди Маргарита. — Речи о разводе никогда не стояло. Его величество намеревался или аннулировать ваш брак, или, что предпочтительнее, овдоветь. Выпускать Рогнарские острова из состава Лангории, и тем более возвращать их Сансории, никто не собирался. Род Роттенбладов оказывал королю всю посильную помощь в данном вопросе. Что в итоге привело к вашему вооружённому противостоянию с королём и откола от Лангории всей северной части. Но благодаря тому, что Роттенблады с момента принятия принцем Керальдом обязанностей казначея, старательно набивали свои кошельки, а после его коронации и вовсе взялись за это дело без оглядки на столь несущественные мелочи, как то, что они присваивают себе собственность короля, оплачивать ваши разногласия с королём стало нечем. И тогда покойный канцлер предложил затребовать ту часть вашего наследства, что оставалась в Сансории. Я говорю о серебряных рудниках. Речь шла не только о передачи прав о добыче, но и возвращении всего добытого серебра за годы вашего брака.
— Подождите, но разве ренерские рудники принадлежат вам? — удивился принц.
— Они принадлежали семье моей матери, которая кроме брака с королём, моим отцом, никоим образом не была связана с королевским родом. И до брака между моей матерью и королём, моим отцом, казна выкупала добытое серебро для своих нужд. Меня назвали в честь этих рудников, — усмехнулась её величество. — Но вернёмся к нашим… Советникам. Что решили на совете в ответ на это предложение канцлера, леди Маргарита?
— Король приказал отправить гонца с требованием к сансорийским королям-соправителям. — Скромно потупила взгляд леди.
— Что? — не поверила своим ушам королева. — Этот…
Её величество осеклась и прикрыла глаза, старательно удерживая себя в рамках правил приличия.
— Вижу, что удерживать своё мнение об этом поступке короля, требует от вас, ваше величество, неимоверных усилий. И осмелюсь рассказать вам о поучении мне от моего отца. Не стоит сдерживать столь сильные эмоции внутри. Это вредит способности здраво рассуждать и портит сон. — Сдерживала улыбку леди Маргарита. — А мой отец коннетабль Лангории, он явно знает, что говорит.