– Я Марика дель Тарон, дочь барона дель Тарона. Мы с Запада, сьере…
…Дель Тарон… Так-так… Что-то знакомое… Точно! Приходила ориентировка для Льян, она меня с ней знакомила. Объявлен в розыск за предательство. Значит…
– А где ваш отец, доса Марика? Его же зовут Идиго? Идиго дель Тарон?
– Откуда вы знаете?! Встречались раньше?
– Мой отец оставил меня здесь. Договорился с маркизом, что тот меня спрячет от Неукротимого. Два дня было хорошо. Ко мне относились, согласно моего статуса. А вчера вечером вдруг схватили, раздели и приковали к этой кровати…
– И?
– Никто не пришёл, если вы об этом…
– Простите, сьере, а, собственно говоря, кто вы такой? И по какому праву распоряжаетесь в замке Ниро?
– Ваш спаситель, доса Марика. Но если вам так интересно, то могу представиться – Серг дель Стел, барон Ниро. Новый лорд этих земель. Прежний барон был повешен по моему приказу.
– По какому праву?!
Она едва ли не визжит, забыв о своём положении и состоянии, приходится разом её приструнить:
– Император Атти Неукротимый подарил мне эти земли за успешное завершение Восточного Похода.
Марика дёргается, словно ужаленная. Затем несколько мгновений сидит неподвижно, только по её щекам разливается мертвенная бледность, и она шепчет:
– Высочайший… Вы – Ужас Рёко?!
– Слышал, что меня называют и так, доса…
Встаю с табурета, подхожу к стоящему у стены сундуку. Интуиция не подвела. Он полон женской одежды. Не знаю насчёт размера, но вроде бы подойдёт.
– Оденьтесь, доса Марика, и покиньте эту комнату. Думаю, находится в ней дальше вам неприятно. Я жду вас в коридоре.
– Но служанки…
– Может о них забыть.
Выхожу в коридор. Арка нет. Но и кучи сгнившей соломы, вытащенной из спальни маркиза тоже нет. Бесшумно открываю двери помещения – саури, похоже, спит. Дара шустро орудует тряпкой, надраивая резной поставец. Почувствовала мой взгляд, обернулась, но я приложил палец к губам, кивнул на постель. Женщина молча поклонилась, помахала перед собой рукой. Значит, порядок. Снова прикрыл двери, подошёл к узкому окну-бойнице в конце коридора. Выглянул во двор – там спокойно. А, вон. Двое моих у ворот на стене. Один вышел из кухни. Нет двух лошадей, значит, Рорг уже отправил за людьми. А вот и он сам. Вышел откуда из-за угла, крутит головой. Значит, неприятности. Эту его привычку я изучил. Всегда дёргает подбородком, если у него, или у нас, проблемы. Что там такое? Он вскидывает голову, замечает меня. Показывает перекрещённые пальцы, потом проводит рукой по горлу. Твою ж… Это что, маркиз всех своих пленников того, получается… Сволочь. Сзади скрипит дверь. Оборачиваюсь – Марика. Платье простое, но чистое. Хотя и чуть велико. Но у фиорийцев моды, как таковой, нет. Один фасон. Один покрой. Лишь в Сале я наблюдал другое…
– Сьере барон… Что вы собираетесь со мной делать дальше? Отдадите Императру?
– Разумеется. Я же давал присягу.
Она вдруг подаётся ближе ко мне, едва ли не растекается у меня по груди, умоляюще складывает руки:
– Сьере барон! Я могу быть вам полезной! Умею вести хозяйство, знаю счёт, и вообще, за своё спасение я готова согревать вам постель…
– Только не выдавайте меня Неукротимому!
Хм… Атти внушает ей такой ужас? Ладно. В любом случае, отпишусь Льян. Её епархия. А пока поможет мне здесь, в замке.
– Иди вниз, во двор. Найдёшь сержанта Рорга. Скажешь ему, что я велел снять с тебя остатки цепей.
– Спасибо вам, сьере барон!
Низко кланяется, убегает, звеня обрывками цепей. С лестницы доносится счастливый крик:
– Клянусь Высочайшим, вы не пожалеете о своём милосердии, сьере барон!..
Волк. Зрелость.
– Господин офицер, благородный ююми, позвольте приветствовать вас за моим столом!
Высокий для фиорийца человек поднялся со своего места и отвесил лёгкий приветственный поклон двум вошедшим в сопровождении солдат людям. Точнее, человеком был только один из них. Второй, высокий, но тонкокостный гуманоид принадлежал к расе саури. Сидящая рядом с фиорийцем красивая саури с маленьким ребёнком на руках благосклонно кивнула обоим гостям украшенной высокой причёской головкой, затем, куда более радушно, улыбнулась фиорийцу.
– Прошу вас присаживаться, гости!
Оба новичка с ненавистью взглянули друг на друга, но тихо уселись рядом друг с другом. Фиориец тоже занял своё место. Вышколенные слуги в цветах Парда начали бесшумно и сноровисто сервировать стол.
– Прошу вас угощаться, гости. Всё натуральное, без каких либо добавок.
Человек и саури вновь покосились друг на друга, затем всё же принялись за еду, отдавая дань уважения искусству поваров. Но даже увлёкшись великолепным угощением они бросали удивлённые взгляды на семейную пару столь необычного вида. Саури и человек. Два злейших противника, непримиримей которых не существует в Галактике, которые воюют уже несколько десятков лет, не щадя друг друга. К тому же оба вила не способны иметь общих детей. Война – она штука грязная и жестокая. И насилие над женщинами в ней не было редким случаем, поскольку практически единственным различием у обоих видов разумных существ были уши. Внешне. Внутри строение тел было различным, но не столь фатальным. Теоретически, общие дети были возможны. Но на практике такого не случалось никогда. Но всё случается впервые. И вот, семья из человека и саури. И – общий ребёнок, в чертах которого причудливо смешалось всё лучшее от обоих рас.
Наконец трапеза закончилась, и гостям подали напитки. Владелец роскошного даже по меркам продвинутых цивилизаций дворца ласково погладил супругу по плечу, та улыбнулась в ответ, встала со своего места:
– Господин офицер, благородный ююти, мне пора кормить дочь. Оставляю вас вместе с со своим супругом, и, надеюсь, что вы не поубиваете друг друга.
Оба гостя быстро вскочили. Один – из вежливости. Второй – из уважения к статусу и положению хозяйки в Кланах. Двери за Ооли закрылись, а Атти, наконец, перешёл к делу:
– Итак, господин…
– Капитан Фёдоров. Михаил Петрович. Дальняя разведка.
– Кейор Димал ас Сарейян. Клан Весенней Зелени.
– Ну а я – Атти дель Парда, король этого государства. И…
– …бета майора Максима Кузнецова. Русская Империя.
– Бета?!
– Нами разработано некое устройство. Скажем так, что в случае, когда нет никаких шансов на выживание, оно переносит психоматрицу в подходящее тело.
– Всё верно, капитан и кейор. Так и было. Десять лет назад моя альфа, командуя транспортом "Рощица", совершавшим обычный рейс, попала в метеоритный поток и получила ранения, несовместимые с жизнью. Мой механик погиб, и мне ничего не оставалось, как активизировать экспериментальную установку, перевозимую на борту транспорта под прикрытием постороннего груза. Машина сработала, и я очутился в теле местного подростка Атти дель Парда, заболевшего лихорадкой святого Йормунда, при которой полностью форматируется память и рефлексы. Можно сказать, что аппарат спас двоих, меня и его. Потому что…