– Дежурный десяток – за мной!
Взлетаю в седло Вороного, устремляюсь к воде. За мной – дробная россыпь сорока копыт солдат. От бешено несущихся коней все шарахаются, ко-кто пытается ругаться, но я не обращаю на это внимания. Этот идиотизм меня достал!..
..Жеребец могучей грудью сносит подвернувшихся солдат, валит на землю хлипкую, по сравнению с ним, лошадку, я выхватываю плеть и мгновенно выдёргиваю взглядом зачинщиков. Слуги. Один в алом, с какой-то птицей на спине. Второй – в синем, с кругом белого цвета, уже достаточно грязном.
– Взять обоих.
Отдаю приказ. Мои люди прыгают с конец, мгновение, и оба уже стоят передо мной на коленях, с заломленными назад руками. Один сипит:
– Как ты смеешь! Я – слуга барона дель Ронго!
– Ты, серв, посмел обратиться в благородному графу дель Парда на 'ты'?! Удавить его.
– А?!
Наглец не успевает ничего сообразить, как держащие его воины сноровисто накидывают на шею ремень и с силой тянут за концы. Хрип, хватание за кожу, сучение ног, и, наконец, рефлекторное мочеиспускание. Последнее. Готов… Смотрю на второго. Тот белеет, словно хорошая мелованная бумага.