— Не смог?.. Я не замечал за тобой излишней щепетильности, — по инерции отметил Соул, однако сам устыдился случайной грубости замечания.
— Убивать противника в бою и просто убивать — не одно и то же. Разве не заметил в прошлый раз? — резко отрезал рассказчик и отвернулся, ссутулившись больше обычного. На его несколько пухлом лице выразилась задумчивость, словно бы погрузился в свои размышления, сравнивает всплывшее из тёмных уголков времени. Однако быстро прикрыл серо-зелёные глаза выцветшими ресницами и торопливо взял себя под контроль. Все они ещё не могут полностью отчиститься от пережитого в недавней западне, где использовались гибриды в роли наживки. Подавляет мысль: сколько погибло прежде, чем все осознали истинную суть думающего обречённого щита.
К вечеру Создатель Убежища решил проведать нового кузнеца. В самом дальнем левом тоннеле находился зал с достаточной вентиляцией, где располагались мастерские. Здесь на поверхность выходили многочисленные щели. Изначально можно было даже выйти под солнце в глухое место, огороженное с трёх сторон склонами гор, а с четвёртой — оврагом. Но теперь всё тщательно забаррикадировали в целях безопасности. Снаружи проникнуть стало невозможно. В жаркой пещере обычно царствовали грохот молотов и раскалённый металл. Отыскав Боира, заметил рядом с ним местных мастеров. Они шумно обсуждают что-то. При виде герцога, старший подошёл и протянул небольшой кухонный нож. Впрочем, изделие только на беглый взгляд смотрится так, выкованное из удивительного материала. Незнакомого и явно превосходящего по всем свойствам сталь человеческих мастеров.
— Хорош, — согласился Ланакэн, но тот, который передал ему на суд творение, недовольно нахмурился и пожевал губами, стараясь не выпустить в словах своё недовольство столь лаконичной оценкой.
— Проверьте баланс! Он идеален для метания! Я думал брать Миатса в ученики, а впору самому обучаться… Это григстанский сплав! Этого человека «подарил» будущий князь? Он подарил нам ценнейшего умельца! Клинок прочен, как никакой другой здесь. Достаточно мал и лёгок, но обладает великолепными характеристиками! А ведь это — нож для резки хлеба! Кухонная утварь, способная перебить пополам меч воина Сопротивления!
— Я не особо хорош в метании, — признался предводитель Сопротивления. Собеседник сжал рукоятку сам и, поспешно подобрав подходящую цель, неуклюже зашвырнул в один из столбов, поддерживающих полки с готовой продукцией. Создалась иллюзия, будто остриё само направило себя.
— Поверьте уж, господин Осилзский! Ему только необходимы подмастерья для помощи в заключительных работах.
— Хорошо.
Миатс приблизился вплотную и вопросительно зыркнул на обоих. В среде знакомого труда чувствует себя значительно увереннее, нежели накануне.
— Хвалят тебя. Чем раньше занимался? — полюбопытствовал человеческий герцог.
— Много чем. Хозяин любил кованое. Разве не заметно было? Один забор сколько времени занял… А ещё боевые ножи и дротики, — перечислил бегло, давая понять небрежностью: приведён лишь краткий перечень.
— Мечи?
— Нет. Не пробовал. Для того при князе есть мастер. К нему все дворяне ездят, — не собирается приукрашивать себя явно, да оно и не требуется. Собственную цену давно уже знает и отнюдь не в переносном смысле. Талант запоминать и воссоздавать металлические изделия некогда избавил от морального гнёта совсем иных обязанностей, переведя в статус одной из самых удачных покупок Ристанского герцога.
— Здесь его нет. Попробуй. Нам нужно нормальное оружие. Наше пока не сравнить с григстанским, — не стал лукавить наследник Аюту. Окружающие согласно закивали, надеясь перенять знания и умение новичка.
— С удовольствием, — пожал необъятными плечами Боир. Ох, и не добрым же взглядом смотрит на лидера! Ланакэн укоризненно повёл головой и ушёл, отмечая чреватые впоследствии особенности «подарка». И тем не менее, следует передать особую благодарность Косимону за бесценное пополнение в рядах.
Выйдя из купальни, Создатель Убежища заметил неподалёку Силион (сборщицы только сдали сегодняшний урожай грибов), хотел уже подойти, но остановился: к ней направился коренастый темноволосый человек, не собирающийся считаться со спецификой её почти семейного положения. Сунув опешившей малышке незатейливый букет полевых цветов, Миатс тихо провозгласил:
— Я добьюсь, чтобы ты посмотрела правде в глаза!
Он быстро удалился к проходившему мимо знакомому, о чём-то заговорил с ним, оставив в полном недоумении. Фраза, сопровождавшая неожиданный дар, выбила из колеи. Женщина и не заметила, что Осилзский стоит уже у неё за плечом.