— Но… — начал было один из них, однако столкнулся с непривычно жёстким взглядом воина и потянул остальных куда подальше. Судя по всему, дополнительного объяснения не требуется. Становиться на пути у столь опытного бойца без стоящей причины, по меньшей мере неблагоразумно.
— Доброго дня, Одда! Я же говорил, что помогу при необходимости! Они плохого не хотели ничего. Но ты так очаровательна — не устояли и решили познакомиться. Ты в порядке? — вежливо поклонился, но её пальцы снова впились в ткань в уже знакомом беспомощном жесте, да и заметно разлилась бледность испуга.
— Думаю, мне пора! Ты… Ты не бойся! Здесь никто не обидит! Иначе старейшины или предводитель накажут сурово. Так что беспокоиться необходимости нет. Честно! Разреши откланяться, госпожа… красавица! — он вновь согнулся, но на сей раз не стал опускать лицо, продолжая следить за её реакцией, словно перед поединком. Женщина встрепенулась, сжавшись ещё больше, даже дыхание задержала. Риул сделал только шаг в сторону, а молчунья уже бросилась наутёк. Ласково усмехнулся вслед, когда рядом прозвучал грубый голос Варги:
— Ну, и зачем ты им помешал? Ты своими приставаниями только пугаешь девочку, а они, быть может, и впрямь заинтересовались. Глядишь, и судьбу бы свою нашла! Семью бы завела…
Пожилая женщина смотрит с явным укором.
— С одним из них судьбу? Только через мой труп! — задорно хмыкнул ветеран, совсем недобро зыркнув вслед конкурентам. Стоули изумлённо оторопела, комкая грубыми пальцами посеревший от времени передник:
— Да ты что… Серьёзно виды на неё имеешь, что ли?.. Ты? Быть того не может, чтобы охламон такой и…
— Почему не может? Вроде не больной и головой нигде не стукался! — огрызнулся Шоу и направился на поиски Ланакэна — с ним собирался пообщаться в первую очередь. Найти предводителя Сопротивления труда особого в эту пору не представляет. Дождавшись, когда тренировка-учёба закончится, картограф приблизился к Осилзскому, поприветствовал и с покаянным видом отчеканил загодя заготовленную речь:
— Приношу свои глубочайшие извинения за проявленную мною слабость после последнего сражения. Непозволительное поведение никогда не повторится больше. Собственно, всё. Со своим заданием справился. Отныне раз в неделю буду ходить на встречи с разосланными нами агитаторами.
— Отлично. И… Я понимаю, не стоило так уж… — задумчиво отозвался наследник Аюту, доброжелательно потрепав по плечу. — Ты только прибыл? Рад видеть в здравии! Не надо вспоминать те непростые для всех нас мгновения… Кстати! У нас тут новый кузнец очень талантливый! Я уже вооружил Раста. Насколько помню, ты тоже нуждаешься в свежем клинке! Пошли! Я попросил оставить несколько подходящих тебе. Выберешь. Поверь на слово — будешь в восторге!
По пути к складским помещениям Создатель Убежища приостановился рядом с классом Лаури. У порога снова топчется Тални. Всё ищет предлог попасть внутрь и не находит. А отсюда почти ничего понять не выходит. Его плачевный вид несколько встревожил старого друга.
— Что там? Кама, кажется, чем-то недоволен?
— Да. Часто его здесь замечаю. Ты ведь не в курсе… Лаури, старший полукровка, теперь преподаёт тут грамоту для детей. Весьма талантлив! Дети к нему льнут. Класс разрастается прямо на глазах. Предубеждений много, конечно, но… Он и сам себя отпускает на свободу только с малышнёй наедине. Я лично как-то застал его с ними хохотавшим во всё горло! И настолько искренне! Взрослые его пугают, а ребятня — нет. Тални, судя по всему, мечтает попасть на урок, но, в силу возраста, стесняется попросить. А стоило бы. Я слышал, на ферме наш гибрид обучал отнюдь не только младшего Рангму, — задумчиво поведал Ланакэн.
— Так в чём же дело? Это мы сейчас устроим! Дел-то! Порог надо переступить? Так я понял? — заговорщически шепнул соратник и подбежал к рыборазводчику.
— Приветствую тебя, Тални! Как успехи?!
— Ты вернулся, Шоу! Я так рад! Рассказывай ты лучше, как твои там успехи? — обрадованно обернулся юноша.
— Мои? Отлично! Чего тут топтаться? Иди к наставнику и пользуйся его знаниями, пока есть шанс! После пообщаемся! — картограф совершенно неожиданно развернул товарища за плечи и со всей силы пинком швырнул в класс, крикнув несколько опешившему от внезапного внедрения полукровке: — Это новый ученик. Он взрослый, а потому помогать сможет, если что! Пользуйся, Лаури!
Кама даже разозлиться не успел, заливаясь краской смущения. Учитель грамоты пришёл в себя, к счастью, первым. Спокойно встал, подошёл, учтиво поклонился и несмело спросил:
— Хочешь научиться читать и писать? Заходи! Всё хорошо будет!