— Что с ними будет? — нарочито подчеркивая, что Ланакэн в плену отнюдь не один, спросил юноша.
— Смерть будет. Постепенная, — раздражённо от необходимости уточнений отозвался картограф.
— Она просила сберечь…
— Оружие? Вот почему ты с ним обнимаешься, словно с возлюбленной… Да, ценная штуковина… Только что теперь нам делать?
— Если они не ожидали… Они и не могут ожидать, если мы сделаем попытку их выручить, — предложил младший товарищ, вытирая слёзы. Смотрится мальчишкой из-за покрасневших припухших век и влажных ресниц. Виски ещё давит, но мозг работает уже полноценно.
— Безумие, видимо, заразно. Что ты говоришь? Как ты себе это представляешь?
— Так же, как и всё остальное. Это всё безумие: григстанка среди нас, Убежище, объединение стольких поселений, фермы вот теперь… Хотя я уже думаю… стоили ли эти фермы таких потерь? — выдал новобранец с искренней досадой. Проходившая мимо практически нагая девушка остановилась и подошла, услыхав горестную фразу. На полном лице неприкрытое недоумение.
— Как вы можете так говорить? Вы же даже не представляете, скольких спасли! Я и Джаушу отправлялись на убой! А вы говорите! Мы жить будем! Жить! Понимаешь?! — сумасшедший восторг от таких соображений заставил товарищей умолкнуть. Кому-то счастье, кому-то горе… Что ж поделаешь тут? Всё настолько неоднозначно…
Вот и последние фигуры погасли вдали. Пора трогаться в путь.
— Неужели же мы вот так вот и уйдём? — промямлил Кама безнадёжно.
— Мы ведь даже не знаем, где они находятся на данный момент. О чём тут может быть речь? — недовольно откликнулся врачеватель и вздрогнул, заметив неподалёку одинокий силуэт. Неизвестный кутается в длинный тёмно-серый плащ, капюшон надёжно укрывает от любопытных. Щуплый, среднего роста. Судя по походке, решение приблизиться к малочисленной группке далось с большим трудом. Остановился шагах в десяти, переминаясь с ноги на ногу.
— Чего тебе?
— Я… Я знаю, где их содержат… Знаю… Можно попробовать освободить… Только не… Я безоружен! Я не причиню вреда! — смешно замечать за воинственным предупреждением панический испуг. Шоу стремительно преодолел разделявшее их пространство и сдёрнул плотную ткань с головы говорившего. Молодой григстанин нечаянно отшатнулся, поднял к губам изуродованную когда-то конечность и втянул белобрысую голову в плечи. Лет девятнадцать, не больше… Настолько бледен, будто вот-вот испустит отчаянный вопль и бросится наутёк. Однако, поступок получился храбрым. Порывисто вздохнув, снова начал свою незамысловатую речь:
— Я знаю, куда их отвели. Их будут убивать. Пока они не скажут, где ваше поселение… потом добьют. Но я знаю — где.
— Интересно, с чего ты взял, будто мы тебе поверим? А что там будет — мы в курсе, — лекарь передёрнул плечами, словно скидывая соблазн со спины.
— Наверное, да… сложно… Но я должен был попытаться… Я должен ему жизнь. Это лишь попытка вернуть долг. По крайней мере, я буду знать: сделал всё от меня зависящее, — голос предательски сорвался. Мальчик стиснул кулаки и внезапно приблизился к ним:
— Если отступите вы, то я буду знать — не моя вина. Если же, всё-таки… Я укажу и проведу. Вот. Так.
— Можно вопросик? — Соул, чуть сощурившись от любопытства, взирал на пришельца. Быстрый кивок. А в каждой чёрточке читается: «Зря я так… Отсюда уже мне не уйти…» Не надо быть телепатом для расшифровки.
— Так что же ты должен?
— Какая разница?!
— Интересно всё-таки…
— Жизнь… Да, наверное, надо пояснить… Он… мог убить меня. Я напал сзади. Я ненавидел его. Он сделал мою руку такой… Но… Потом мать мне сказала однажды… И я разобрался… Он мог убить меня. Мог. И никто б не осудил. Но не стал. Позволил жить. Она сказала мне, что всегда будет благодарна человеку, пощадившему меня в тот роковой день. Я много думал. Много наблюдал… Смотрел, рассуждал… Как его зовут? — отыскав по возрасту наиболее подходящую кандидатуру, почему-то обратился именно к хранителю Голубого Клинка. И тот отозвался:
— Ланакэн Осилзский. Похоже на него.
— Я слышал, с ним вместе оказалась Силион Окналзски из Руали? Если даже она встала на его сторону, то я точно прав в решении помочь ему любой ценой.
— Мы уже привыкли её звать Безумная Григстанская Красавица. Зовут её точно Силион. Если ты не против, нам надо посовещаться, — как можно спокойнее вывел Нгдаси и жестом предложил всем отойти на пару шагов. Протестов, естественно, не последовало. Тални вкрадчиво озвучил вывод:
— Кажется, это и называется — единственный шанс. Риск велик, но… А что, если правда? И у нас есть крошечная надежда вернуть их?.. Вернуть живыми?..