— На нас напали! Снова! Вы идёте?
Короткий расстроенный вздох, и начальник истребителей рванул вон из помещения, отведённого для его забав.
— Силион… Силион? Ты меня слышишь? Слышишь? — позвал человек. Тишина. На расстоянии не угадать: дышит ещё или уже нет. Следует надеяться и ждать. А надеяться-то не на что… Чьи-то шаги заставили переключиться туда. Соул и Риул, остолбеневший перед распростёртой на полу женщиной. Нгдаси действовал куда расторопнее, вызволяя друга со стены. Но, стоило вернуться возможности передвижения, предводитель Сопротивления бросился к спутнице, коснулся её бледной неподвижной щеки и принялся канючить:
— Она жива? Скажите мне кто-нибудь! Я же ничего не чувствую практически!
Лекарь прощупал пульс на худой шее и уверенно отозвался:
— Пока, да. Я возьму её — у тебя рука сломана. Ты чем-то одурманен? У меня сложилось впечатление, будто ты и впрямь не особо ощущаешь боль. Или же настолько превалирует шок?
— Нет. Сам понесу. Не дам. Тебе тем более. Не дам. Никому не дам. Сам. Только сам. Ей очень больно. Ей. Не мне! — с надрывом пожаловался Ланакэн. В его полубезумном взгляде Шоу уловил агрессию и придержал врачевателя от попыток возражать. Осилзский предельно бережно подхватил Силион целой конечностью и пошагал с ними, с трудом соображая происходящее. Только одно осталось для него значимым — прижатое к груди крохотное существо, готовое на всё ради облегчения его участи. Рассмотрев: один из окружающих, её соплеменник — неосознанно шарахнулся, готовый сразу накинуться. Благо, обе руки непригодны для действия: одна занята, а вторая травмирована. Но при возникновении необходимости вцепился бы зубами. Остановил лишь громкий шёпот старого друга:
— Это с нами. Он привёл к вам.
— Я его уже встречал… Не помню только где… Давно… Раньше…
— Встречал. Поэтому Римм и помогает тебе. Потом разберёшься во всём. На досуге, в опочивальне после отдыха и сытного ужина! Твоя голова недостаточно трезва. Надо срочно ретироваться! — перебил картограф нервно. Здесь даже сама атмосфера переполнена ужасом, от которого никак не избавиться. Закрался вывод, что самое удачное решение — не взять сюда Тални, направив его организовать отвлекающий манёвр. Не предугадать, как повёл бы себя в зловещем окружении расчленённых трупов неопытный юнец.
Удача где-то рядом, следует плечом к плечу, шаг в шаг… Вышли, оставшись незамеченными. Лишь пройдя около двух шофов, приостановились, обнаружив на горизонте торопливо отступающую в их направлении команду «шумового подкрепления». Рассмотрев желанное пополнение, те разразились восторженным гиканьем и свистом. Таузски кашлянул, привлекая внимание, и негромко заметил:
— Мне пора с вами расставаться. Дальше у нас разные пути.
— Уверен? Может… Лучше с нами? — неожиданно предложил Нгдаси, испытывающий к нему уже явную симпатию.
— Благодарю, однако… Не сочтите за оскорбление, но я всё же хотел бы вернуться к своему народу. Я выполнил долг. В моих кругах, узнай кто об этом, я прослыл бы предателем, но жалеть ни о чём не собираюсь. К тому же… Я лишний раз убедился, что прав, когда заметил, отношение Ланакэна к опальной наследнице… Я не просто ухожу… Я сделаю всё, возможное в моих силах, дабы те, кто знают меня, научились относиться к человечеству, подобно мне, — паренёк уже куда увереннее, чем в самом начале их общения.
— Спасибо за искренность и помощь! Она неоценима, — Соул низко вежливо поклонился, прощаясь. Его примеру последовали и остальные. Юноша покраснел и поспешил смыться, с трудом веря в благополучный исход собственного абсурдного шага.
Глава 16
ТРЕВОЖНАЯ НОВОСТЬ
Соул вышел из её каморки и остановился рядом со старым товарищем, стараясь подобрать необходимые слова.
— Что с ней? — хрипло поторопил ещё одурманенный друг.
— Травмы не настолько серьёзны, как показалось на первый взгляд. Она потеряла сознание по другой причине. Как бы сказать… Эта женщина беременна. Насколько я могу судить, от тебя (ибо никто иной не посягал бы в Убежище на сомнительное удовольствие близости с иноплеменницей весьма посредственной внешности и чуждого происхождения). Начальный срок.