Осилзский кивнул и выглянул в тоннель. Там как раз проходила молодая женщина. Она с радостью согласилась позвать его товарища.
Друг принёсся, прихватив предусмотрительно все инструменты. Влетел через порог, бледный и запыхавшийся, и замер на проходе, недовольно хмурясь.
— Я так вижу: зря торопился?
— Нда… Не подумал, извини… Надо было передать, чтоб не спешил… Силион в порядке! Просто возник один важный вопрос, — смутился вызывавший. Медик сурово грохнул свой мешок на стол и насмешливо отметил:
— Настолько важный, что сродни родам? Ещё раз «забудешь» и будешь искать себе другого лекаря, способного угадать твоё настроение на расстоянии! Давай, выкладывай свои гениальные вопросы…
— Они скорее у Силион, а не у меня. Но это может иметь громадное значение для всех нас потом, — Ланакэн жестом велел подруге продолжать.
— Насколько человеческий организм способен вынести перегрузки, возникающие в процессе полёта? Есть знания какие-нибудь на сей счёт?
— Неожиданно… Никто же не пробовал! Думаю, вполне реально, однако… Пока не проверишь, не узнаешь! — Соул пожал плечами и сел, невольно рассматривая расставленные на столе тарелки. Женщина поспешила подвинуть ему еду, витая где-то в облаках своих расчётов. Даже в рассеянном состоянии уловила: вызванный столь внезапно врачеватель оторван от приготовления еды, чем заниматься не особо любит, но вынужден из-за холостяцкого образа жизни.
— Необходимо созвать всеобщее собрание. Надо кликнуть добровольцев, которые не боятся риска и высоты. И умеют свистеть. Проверить опытным путём. Это возможно? — наконец озвучила свои выводы. Друзья переглянулись.
— Да. И лучше выбирать, если попадутся, тех, кто сталкивался с нгутами, — добавил Ланакэн. Кто-то у входа нерешительно позвал.
— Входи-входи, Шоу! Я тебя уже давно ожидаю! Понимаешь ли… Ты из нас наиболее знаком с составлением карт и ориентацией по ним. Я бы хотел возложить на тебя миссию увеличения населения нашего общества. Прежде гарантом безопасности служило постоянное перемещение Сопротивления. Только я, выходя на связь с нашими людьми в поселениях, знал, где на тот момент находятся остальные. Теперь всё несколько сложнее. Если послать простых бойцов, то могут выдать Убежище под пыткой. Слишком велик риск. Но у нас теперь есть необычные жильцы… Те, кого мы освободили с ферм. Они не умеют ориентироваться на местности и не смогут без посторонней помощи повторно отыскать путь сюда, если их увести, например, с завязанными глазами…
— Но они умеют разве что только есть! Человек, родившийся на фермах, никогда не сможет стать полноценным воином! — изумлённо возразил Риул. Нгдаси жевавший в углу лепёшку, поперхнулся и вопросительно уставился на бывшего соседа, ожидая ответной реакции.
— По-твоему, из меня вышел плохой воин? — с вызовом обернулся Ланакэн, ошеломив картографа. — Я тоже родился там и рос. Я тоже — фермерский. Клеймо предъявить?!
— Я не знал!.. Даже предположить не мог!.. Прости! Но… Может, тогда ты и прав, — промямлил проштрафившийся Шоу. Наследник Шамула помолчал мгновение, внимательно рассматривая товарища и вновь взвешивая правильность выбора именно данной кандидатуры на столь серьёзную роль.
— Итак, ты обязан будешь создать в горах лагерь, где подготовишь добровольцев из освобождённых с ферм. Они не должны знать, как добраться до Убежища. Затем они пойдут по ещё не охваченным поселениям, призывая их в наши ряды. Задание ясно? — сомнение не особо норовит таить.
— Да. И… спасибо за доверие! Я сделаю всё, от меня зависящее! — искренне поблагодарил Риул, конфузясь из-за оплошности.
— Соул — врачеватель. Он нужен здесь, а надёжнее вас двоих мне не найти. Надеюсь, предрассудки, которые только что слышал, не помешают в выполнении миссии. Мне нужны скорейшие результаты, — довольно холодно отчеканил предводитель. На хмуром лице не шевельнулся ни один мускул. Рыжий ветеран Сопротивления удалился без промедления, осознавая, насколько серьёзно задел соратника. На протяжении жизни Осилзский за спиной не раз слышал высказывания подобного рода. Нгдаси деликатно попытался перевести тему разговора:
— Так сегодня созываем собрание? Надо кликнуть собираться двум группам…
— Да, конечно. Надеюсь, всё получится. Это помогло бы ещё и смягчить отношение между вольными и освобождёнными с ферм. Разница в проживании действительно велика. В чём-то правда: когда существование предрешено за тебя, не учишься принимать решения. Зато теперь самых активных заставят учить жизнь с другой стороны, — озвучил доводы Создатель Убежища. Адаптироваться к свободному существованию когда-то было очень нелегко: зачастую предвзятое отношение лесных жителей и недопонимание многих их поступков, колючее презрение и высокомерные насмешки ровесников. Столь ядрёная смесь жильцов в Сопротивлении грозит вызвать впоследствии раскол на многочисленные кланы. Только общие цели и родственные методы их достижения помогут сплотить население. И ощутимая польза от бывшего двуногого скота.