— Нет, — отказался я, — Ты, итак, слишком много для меня сделала. Останусь здесь.
— Как хочешь, — понурилась Ирен.
— Да ладно тебе, — махнул я рукой, — Не съедят же они меня там.
— Предчувствие у меня нехорошее, береги себя, — попрощалась Ирен и отправилась к себе.
Я же стоял, и смотрел ей в след. Что на меня нашло? Никогда еще я не был с кем-то столь откровенным, даже с родителями. А ей выложил все, как на духу. Даже интрижкой с Фелицией похвастался. Нашел перед кем. Пускай, про саму ночь я не рассказывал, только про дерево, но что это меняет? Может этот чертов доктор что-то такое в меня влил, пока я был без сознания?
Да и сама Ирен. Предчувствие говоришь? Мы же едва знакомы. Впрочем, у меня такое ощущение, что знаем мы друг друга уже много лет. Очень располагающая к себе особа. Тем временем, Ирен скрылась за поворотом, а я толкнул дверь гостиницы.
Задумавшись о своей спасительнице, я направился к лестнице, не обращая особого внимания на посетителей. Уже поставив ногу на первую ступеньку, я почувствовал спиной взгляд, заставивший меня оглянуться. И увидел того самого разбойника, который предпочел сбежать.
Его нос, вернее то, что от него осталось, был замотан в грязные тряпки. Наши с ним взгляды встретились, и он расплылся в кровожадной ухмылке. Он сидел за столиком, у самой двери с четырьмя приятелями, которые, заметив его реакцию, тоже уставились на меня. Не меняя выражение лица, бандит сделал жест рукой в сторону двери. Мол, пойдем, выйдем. Хмыкнув, я развернулся к нему спиной и пошел наверх.
Зайдя в свою комнату, я закрыл дверь, зажег свет и уселся на кровать. Мысли беспорядочно метались, но одна из них возвращалась снова и снова. Вот теперь мне точно конец. Судьба злодейка вытащила меня из той передряги только для того, чтобы сунуть в новую. Только, теперь никакие девушки с рапирами мне не помогут. Хотя и пытались, только вот не послушал я доброго совета.
Встав с кровати, я подошёл к окну. Такое же узкое, как и все остальные окна в этом здании. Слишком узкое, чтобы пролезть, но я все равно попробовал. Без шансов. Бросив это занятие, я вновь уселся на кровать.
Что же делать? Как только я выйду из здания, меня прикончат. Даже если я дождусь момента, когда во дворе будет особенно людно, их это не остановит. Подойдут, сунут заточку под ребро и свалят. Или будут идти за мной, пока не представится возможность шлепнуть меня не привлекая внимания.
Попросить трактирщика меня спрятать? Почему бы и нет, только вряд ли он согласится. Ему же придется как-то объяснять им, куда я исчез. Выбежать во двор и броситься на руки к стражникам? А что, хороший вариант. Бандиты явно ломанутся за мной, а наша беготня привлечет кого-нибудь из стражей. Особенно, если я еще и орать буду, всю дорогу. Стражники меня убивать точно не будут. Разве что в тюрягу посадят за нарушение общественного порядка, но хоть живой буду.
Ладно, утром попрошу помощи у трактирщика, а если откажет, побегу к стражникам. Бегаю я неплохо, стометровку за одиннадцать с половиной секунд пробегал, справлюсь. Осталось только утра дождаться. Переложив мешок с арбалетом с кровати на пол, я занял его место и закрыл глаза.
«Будь осторожен. Эта гостиница не самое благонадежное место». Слова Ирен, внезапно, всплыли у меня в голове, буквально подбросив меня на кровати из положения лежа в положение сидя. Это мне надо дождаться утра. А вот им, надо ли это им? Я бросил взгляд на дверь, точнее на ее убогий замок. Не проще зарезать меня во сне? Дождаться, пока я усну. Трактирщику дать на лапу, чтобы молчал. Вскрыть замок или даже купить нужный ключ у трактирщика. И спокойно перерезать мне горло. Можно даже разбудить перед этим, чтобы дать прочувствовать то, что сейчас произойдет. Их пятеро, я ничего не смогу сделать.
Воображение услужливо нарисовало мне соответствующую картину. Вот я сплю, кто-то будит меня, зажимая рукой рот. А открыв глаза, я вижу замотанную в бинты ухмыляющуюся рожу и тускло блестящее в темноте лезвие кинжала у своего горла. Я передернул плечами, скидывая с себя этот излишне реалистичный морок.
Может быть, Воровская гильдия не приветствует такие разборки в местах, которые крышует? А если ей все равно? Вдруг она защищает только воров, а для этого нужно подать трактирщику условный знак, или сказать кодовое слово, или еще что-нибудь?
Сделав несколько глубоких вдохов, я подавил начинающийся мандраж. Теперь, подумав об этом, я был уверен, что бандиты так и поступят. Зачем им ждать? Как вор я в их среде не отметился. Судя по ухмылке этого Безносого, защищать меня не станут. Значит, до утра я не доживу. Впрочем, глянул я на мешок с арбалетом, шансы есть. В этот раз, так легко вы меня не возьмете.