В центре двора было несколько костров, вокруг которых стояли длинные скамьи. Ближе к дому росли деревья, под которыми было несколько уютных навесов с лежаками и столами. Весь двор огораживал высокий забор из больших деревянных брусьев вбитых в землю и всё дерево было расписано резьбой: где-то завитки и узоры, где-то магические руны и тайные знаки. А за ограждением росли ели и дубы, окутанные густым туманом.
Во дворе почти никого не было, несколько валькирий занимались своими делами: лошадей покормить, воды натаскать, убрать двор и пепел от вчерашних костров... Нынче горел лишь один. Ковыляя и опираясь на невысокий посох, я подошла к огню и присела рядом. Олимия сказала мне, чтобы я поела и встречала гостей, сама она поспешила раздавать указания послушницам и наводить порядки.
Мне принесли тарелку с печёной картошкой в кожуре (от которой ещё шёл пар углей), рядом лежали овощи и очень много зелени, а также стояла высокая кружка ароматного травяного отвара. Мой пустой живот громко и восторженно заурчал. Есть одной левой рукой было неудобно и непривычно, но от этого не менее вкусно. Я с аппетитом жевала, солнце слепило глаза, где-то рядом мурлыкал кот, а в другом конце двора фыркали лошади. Я была дома... И в самый момент осознания этой мысли, сердце вдруг больно заныло- Вольфиаг... Он уехал. Далеко. И даже не знает, когда вернется. Влага выступила на глазах. "Да что такое! - Я одёрнула сама себя. - Чересчур много слёз за последнее время! Луми...лисенна! Возьми себя в руки!" Я смахнула пару слёз и выпив хоть и ароматный, но весьма горький отвар, скривилась.
В этот момент, ворота внезапно начали открываться, а из дома выбегали любопытные Валькирии, смотреть кто пришёл. С облегчением отставив кружку гадкого пойла я встала со скамьи, опираясь на посох, а в ворота на трёх лошадях въезжали Мисалиафа, Ранн и Агний. Спешившись они пошли к дому, Мисалиафа попросила Лисму позвать Олимию и обе близняшки упорхнули словно бабочки, оглядываясь на мужчин. Ранн увидел меня, сделал несколько шагов навстречу, а я, аккуратно ступая на ватных ногах, подошла и обняла его одной рукой за шею (ему пришлось наклониться, чтобы я достала) и долго его не отпускала. Все удивленно смотрели на седого воина и меня. Ранн улыбался себе в бороду, Агний молча ждал, удивлённо приподняв бровь.
- Ранн!... Куда тебя унесло! Что они с тобой сделали и зачем ты вообще меня оставил? - Я не отпускала друга.
- Госпожа моя, мне просто дали по голове! Я не хотел тебя оставлять. Говорят, ты и без меня от всех ушла, да так, что никто и не догнал, кроме стрелы? – Говорил воин, подбадривая меня.
Я наконец отпустила его и с благодарностью сказала:
-Твои щиты спасли моему Вальду жизнь! - Я поцеловала его в колючую щеку. Ранн, чувствуя себя старым болваном, светился от счастья.
- Я рад, что помог, госпожа.
Агний, и без того пребывающий в смятении, совсем растерялся, а Ранн прочистив горло, представил его:
- Г-гм, Луми знакомься: это Агний, мой первый ученик. И насколько я слышал это он снимал стрелков, которые стреляли в тебя в лесу.
Ранн намеренно так сказал, чтобы я поняла его намек, ведь во время их недельного путешествия, он успел поведать мне, как сильно он разочаровался в своих лучших учениках, которые хотели меня убить в первый же день, ослушавшись приказа самого Вождя. Теперь вот, один из них стоял рядом...
Агний ничего не знал, да и я не ожидала вновь услышать этот голос. В прошлый раз он был злой, но сейчас...Голос был смиренным.
- Слишком медленно снимал, раз госпоже Луми так досталось.
Я едва заметно вздрогнула и посмотрела на Агния. Голос, в прошлом заставивший меня сбежать из лагеря Вольфиага, принадлежал высокому жилистому парню. Чернявые волосы до плеч, густые брови, мужественные скулы и.… зелёно-коричневое пятно от удара Вождя на пол лица... Голубые смелые глаза смотрели в упор.
- Так это ты убил тех стрелков и тем самым дал мне возможность уйти? - Я сделала шаг к нему и не заметила, что Олимия наблюдала за этой сценой почти с прибытия гостей. Она стояла в дверях дома, сложив руки на груди и внимательно слушая наш разговор.
Агний кивнул:
- Да, госпожа Луми, это был я.
- И это ты собирался посадить меня в клеть и выяснять Ведьма ли я?
Я прекрасно понимала, что этот вопрос в присутствии Лунных Валькирий весьма опасен. Так же я понимала, что намеренно опустила момент того, как меня собирались отдать поочерёдно всем воинам, а после и убить. Но послушницам Олимии ни к чему знать такие подробности, а вот Агний понял о чём я. И его ответ был важен как мне, так и всем серебристоволосым, которые слушали нас. А Мисалиафа была почему-то бледнее молока и застыв в изумлении стояла рядом. Ранн гордился ответом своего ученика: