Наши раздумья нарушил предупреждающий клекот сокола. Скит поддержал его и взволнованно завертелся на месте. Виас опомнился.
- Терры? - он приподнял брови. - Здесь?
Я немедленно нашла ладонь Хьюго и с силой ее сжала. Мне стало страшно в первую очередь за алтерна, частично потерявшего зрение и не имевшего ни оружия, ни фидо. Все пришлось оставить в Хэдесе: они казались слишком заметными.
О чем думал Барт, отпуская нас в рискованный поход без средств защиты? Плевать на маскировку и секретность! Проще соврать людям, чем оплакивать бездыханного напарника, но ложь уже не поможет. Ничего не поделаешь - в грядущей битве придется отдуваться за двоих, иначе мы пропадем.
Из-за поворота вышло трое молодых людей. Они удивились, увидев ночью посреди темной улицы незнакомцев. Острый взгляд старшего в группе скользнул по животным, отметил черно-белую цветовую гамму чужих волос - и юноша сделал соответствующий вывод:
- Не зря нас позвали в этот город. Мы здесь всего час, а уже встретили аструмов. Думаю, их головы станут прекрасным подарком нашему предводителю.
На меня словно ведро ледяной воды вылили. О каком предводителе шла речь? Неужели это он? Нет, быть не может.
Я снова и снова просила себя перестать мучиться и сосредоточиться на врагах, стоящих впереди, но никак не выходило. Мысли упорно не хотели приходить в порядок, а в голове вертелась одна-единственная фраза: терры собираются преподнести наши головы Нэйту.
[1] Франклин Рузвельт – президент США (1882 – 1945)
[2] Человеческая голова, уменьшенная до размера яблока
Глава 8
Глава 8. Тревога
«Наша месть должна быть подобна удару молнии»[1].
Когда у тебя на глазах умирает близкий человек, ты злишься. Злишься на него - за слабость, на себя - за беспомощность, на убийцу - за причиненную боль. Желание отомстить возникает само собой, и ему тяжело противостоять.
Неважно, какой у преступления мотив – пусть даже самозащита. Погиб тот, кто тебе дорог – и ты не имеешь право стоять в стороне. Виновник потери обязан понести наказание. Это будет уроком для всех, кому в будущем захочется посягнуть на твое окружение.
На словах звучит просто. Однако готов ли я взять на себя роль судьи?
***
Я внимательно рассматривала предстоящих противников. Враги были из одной семьи: их выдавали общие черты лица, но старший не подходил на роль отца: слишком молодо выглядел. Значит кузены или братья – и интуиция буквально разрывалась, крича: они именно братья, братья, призванные в армию, которая в скором времени собиралась напасть на Хэдес.
Осознание неизбежности болью отозвалось в груди. Нэйт сказал правду. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. Грядущее сражение – лишь вопрос времени – и надеяться на благополучный исход не имело смысла.
Единственное, что мне хотелось - вернуться в прошлое и предотвратить убийство старшего Кэллума. Тогда возможно Нэйт бы не ушел. Мы бы с ним стали искать способ отвести угрозу, нависшую над аструмами и – какой-то замкнутый круг – остановить его семью.
- Мэл, хватит, - Хьюго незаметно вошел в мысли, - ты ничего не изменишь.
Я чуть не закричала. Алтерн вновь лез в голову, вновь донимал нравоучениями и вновь оказывался прав. Эта извечная роль рыцаря света, наставляющего примитивные умы на путь истинный, порядком раздражала. Своим поведением он задевал за живое, выводил из себя и тут же восхищал элементарным решением сложной задачи. Никто другой не мог бы вызвать подобное разнообразие эмоций. Немудрено - лишь вторая половинка, абсолютно противоположная и далекая, знает партнера лучше, чем он сам, и в состоянии объективно оценить ситуацию, в которой другой ослеплен собственными переживаниями.
Напарник прочитал печаль, переполняющую мое тело, ощутил так, словно она исходила от него, и отступил, затерявшись в глубинах чужого разума. Пришлось найти в себе силы сказать:
- Прости, такое не повторится.
- Я все понимаю, - тихо ответил юноша. - Сосредоточимся на террах. Твою проблему разберем позднее. Вместе, - добавил он напоследок, удивляя еще сильнее.
Вместе? Хьюго поможет разрешить недопонимания с Нэйтом? Самый лучший алтерн на свете! Не променяю его ни на кого другого!
- Что будем делать? - мысленно поинтересовалась я, задвинув все, связанное с Нэйтом на второй план. - Их трое, а мы и за двоих сойдем с большой натяжкой.