Выбрать главу

- Хорошая реакция, - похвалил Виас.

- Повезло, - отмахнулась я, сосредоточившись на летящих к нам «смертельных птицах».

Нолан нахмурился. Он видел, что его атака не достигла цели, и злился. Юноша надеялся на быстрое окончание битвы, но мы нарушили планы. Рот терра зашевелился, слова влетали в белоснежное облако рваными фразами, заставляя потоки воздуха колыхаться и спешить на зов.

- Что происходит?! - прокричала я, пытаясь заглушить нарастающий шум.

- Терр вытягивает воду, - громко пояснил Хьюго, - собирает ее по всей округе.

Количество игл увеличилось. Они жужжащим роем устремлялись вперед и, натолкнувшись на преграду, осыпались сверкающим дождем к нашим ногам. Самые легкие возвращались к хозяину, чтобы вновь ощутить силу его крови и броситься на врага. Более тяжелые оставались на месте кучкой поверженных тел.

Держать щит становилось все сложнее. Руки устали вертеть оружие, пальцы словно онемели и почти не чувствовали леску огрубевшими подушечками. У терра упадка сил не наблюдалось. Он раз за разом посылал на нас воинов и без угрызения совести смотрел, как те гибнут.

Виас первым нарушил молчание:

- Что дальше? Вы так и будете играть в стойкость, пока кто-нибудь не упадет без сил?

- А ты сможешь сражаться?

Вопрос застал аструма врасплох. Он задумался и не сразу решился сказать:

- Я дал слово больше не использовать оружие. Это произошло в день смерти моих учеников.

- Тогда ты подохнешь со своими принципами, а терры принесут наши головы своему предводителю! - мои слова, наверное, слышал даже Нолан, но было плевать. Пусть думает, что хочет. Главное - убедить Виаса.

Однако мужчина не отреагировал. Страж вертел в руках трость с тяжелым вытянутым набалдашником, его пальцы скользили по золоченой ручке, а губы шептали:

- Диана этого бы не хотела. Она отпустила меня жить…

Куда только делся язвительный старик, выдающий ехидные комментарии? Вир стал бледной копией самого себя - уставший и сломленный. Очевидно, ученики много для него значили, и их потеря не прошла бесследно.

- Жить? - я уцепилась за слово в надежде привести собрата в порядок. - Ты будешь жить, если возьмешь Хиса на себя.

- Старшего? - безвольно уточнил он. - Не слишком ли велика ответственность?

- Ты самый опытный из нас троих, - пояснила я. - Тебе удастся если не победить, то сдержать его.

Виас хмыкнул и принялся методично откручивать набалдашник у трости. Хандра стража спадала, он совершенно не походил на того брюзгу, которого мы встретили в доме: блеск в глазах преображал его до неузнаваемости и скидывал сотни лет.

- Послушай, - мой голос почти молил, - продержись. Я попробую управиться как можно скорее.

Пальцы мужчины дернулись, он чуть не уронил трость на землю. Виас посмотрел на меня своими бездонными глазами и внезапно улыбнулся:

- Все-таки Совет знает, кого присылать. Эх, дети-дети, - аструм дернул за рукоять, вынимая из трости длинный хлыст, - вы слишком быстро взрослеете.

Я тоже не сдержала улыбки:

- Нам нужен учитель.

- Вы его получите, - страж взмахнул рукой. «Черная молния» со свистом рассекла воздух и погасла, свернувшись клубком у ног создателя.

Ко мне вернулась прежняя уверенность. Мы с Виасом непременно одержим верх и заставим терров бежать сломя голову. Они еще пожалеют, что приехали сюда.

- Пусть Адж отвлечет ледяного мальчишку, - попросила я мужчину, удобнее перехватывая шенбяо. - Мне понадобится несколько минут на младшего.

Виас выразительно посмотрел на свою птицу. Сокол все понял без слов и резко взмыл вверх. Он ловко уклонялся от игл, лавируя в ночном небе, и с каждым мгновением продвигался к цели.

Хьюго снял с моего плеча Скита - хорек тоскливо завыл, осознав, что в этой битве ему не дадут действовать. Ничего не поделаешь. Фидо не вернул прежнюю форму и будет больше обузой, чем защитой. Алтерн спрятал зверька под куртку - из-под одежды раздалось недовольное ворчание.

- Мы справимся, - решительно произнесла я, заставляя остальных поверить в нашу победу.

Адж сложил крылья и, не издав ни звука, камнем упал на противника. Нолан пошатнулся - белоснежные волосы окрасились алым, яркая капля упала на снежинку в ухе юноши, закрыв сверкающие камни багровой завесой.