Виас сразу выделил из толпы новоприбывших Рэма:
- Ты жив? Первая приятная новость за сегодня.
- Что натолкнуло на мысли о моей смерти, старый друг? - смиренно поинтересовался инкан.
- Я не услышал тебя в куполе, - с оттенком грусти сообщил нокскур. - Это могло означать две вещи. Первая: ты тронулся умом и больше не следуешь своим убеждениям. Вторая: смерть не позволила примкнуть к собратьям.
Старейший отвел глаза:
- Все ли варианты ты назвал?
Я невольно вспомнила разговор в тренировочном зале. Тогда Рэм сказал о борьбе, о проявлении силы. Он смотрел на защитный барьер и вспоминал прошлое. А если инкан думал о Селене, удержавшей его от серьезного шага.
Возможно, женщина боялась уходить в небытие, превратиться в бестелесный дух, охраняющий других, чудом выживших товарищей. Она не захотела принимать решение партнера и убедила его в неверности подобной затеи. Интересно, как ей удалось это сделать.
- Ха! Вы еще не нашли общий язык с Селеной? - усмехнулся Виас, подтверждая мои догадки. - Смотри, как бы наставники не услышали лучшего ученика - гордость и опору аструмов. Тебя бы изгнали с позором.
- Мои учителя давно ушли, - печально произнес Рэм, прикрывая белесые глаза. - Они не видят того, что творится. Порой я им завидую.
Лицо вира скривилось:
- Надеюсь, ты позвал меня не за этим? Убийство старого друга не входит в мои планы.
Инкан покачал головой. Странно, несмотря на неприятную тему беседы, он не выглядел расстроенным. Сказывалось возвращение товарища, который должен был примкнуть к его команде и помочь в противоборстве с Селеной.
- Тогда зачем? - Виас начал проявлять заинтересованность.
- Мне нужно, чтобы ты присмотрел за моими протеже, - старейший хитро улыбнулся. - С Мэл и Хьюго ты знаком, а с Кирс предстоит познакомиться.
- Дети?! - нокскур отшатнулся от нас как от прокаженных. - Опять дети! Я не нянька.
- О, нет, - уголки губ Рэма опустились, - они давно не дети, и желания у них далеко не детские.
Взгляд Виаса стал жестче. Мужчина пристально посмотрел на собрата, надеясь увидеть на его лице намек на шутку. Увы, инкан говорил серьезно, намереваясь отдать нас на обучение самому главному брюзге среди аструмов. Кто выигрывал от этого? Непонятно. Ни мы, ни Виас не горели желанием проводить больше времени вместе.
- Издеваешься? - пробурчал вир, нахмурившись. - Снова нашел идиота и сваливаешь на него грязную работу.
- Ты единственный, у кого есть опыт, - мягко возразил Рэм.
Виас почесал в затылке:
- Опыт-опыт. Смотри, до чего довел ваш опыт, - он обвел руками лабораторию, демонстрируя масштабы «разрушения», и, помотав головой, недовольно добавил. - Ну что, молодежь? С настоящего момента поступаете под мою ответственность. Предупреждаю, легко не будет.
Кто бы сомневался? Я давно поняла: с тех пор, как в день затмения Виктор посетил Хэдес, о спокойной жизни следовало забыть. Наставники, алтерны, правила - все менялось со стремительной быстротой, а мне требовалось не отставать от прогресса.
- Ах, да, Виас, - голос Рэма буквально сочился медом, - твоим новым напарником назначаю Кирс. Девочка потеряла свое второе «я», ты ей нужен.
С одной стороны, заявление инкана меня успокоило: не надо волноваться об алтерне и возможности его ухода. С другой, существовала огромная опасность: новоиспеченные партнеры впервые сошлись во мнении. Их злость витала по комнате, пугая своим видом, и была готова перерасти в настоящую бурю. Что ж, представление начинается.
[1] Люк де Клапье Вовенарг - французский философ, писатель (1715 - 1747)
Глава 12
Глава 12. Игры
«Предательство - лишь вопрос времени»[1].
Если кто-нибудь спросит, чему я научился за последние дни, ответ придет сразу: никому не верить. Любой, даже самый честный человек способен на вероломство. Неосознанное или хорошо спланированное, незначительное или серьезное, совершенное по принуждению или по собственному желанию - предательство всегда останется предательством, независимо от мотивов.
Больше людей вокруг - больше вероятность измены. Ее последствия лягут на твои плечи, а вместе с ними и чувство презрения к себе, неверно выбравшему окружение.