- Ты мог отказаться.
- Конечно, - саркастически протянул юноша, - после чего ты бы влезла в мой дом и, столкнувшись с Леонардом, лишила нашу семью еще одного представителя.
Он нахмурился:
- Ты неуправляема, Мэл. Чем скорее ты это поймешь, тем меньше натворишь…
Собеседник запнулся. Я тут же закончила предложение за него:
- Глупостей?
- Неприятностей, - не изменившись в лице, нашелся Нэйт. - Для тебя и твоего народа.
В услышанное верилось с трудом. Будто поленом по голове ударили в момент, когда меньше всего ожидаешь.
- Ты угрожаешь?
- Предупреждаю, - вновь поправили меня.
Вот сейчас, действительно, наступил конец нашим отношениям. Последняя фраза расставила все по местам. Сегодняшняя встреча - обычное проявление жалости к поверженному врагу, последняя подачка перед тем как добить.
В груди медленно начала зарождаться боль. Ее когти безжалостно впивались, кромсая тело на куски. Меня разрывало изнутри. Хотелось кричать. Громко, надрывно… И бить, бить без разбора, бить до тех пор, пока кулаки не зазвенят от усталости, а ноги не перестанут держать.
- Уходи, - сорвался с губ слабый шепот.
- Что? - переспросил Нэйт, не расслышав моих слов.
- Уходи. На этот раз я тебя предупреждаю.
Каким-то чудом удалось не разрыдаться, подобно человеческому ребенку. Не представляю, откуда взялись силы. Наверное, стыд перед терром позволил сохранить хотя бы внешнее спокойствие.
Удивительно, но на меня обратили внимание. Парень повернулся и промолвил с досадой:
- Хватит истерик, Мэл. Не поможет.
- Ах, прости, - огрызнулась я. - Ты же у нас твердый как скала: ледяной принц, сердце которого никогда не оттает.
Нэйт заметно напрягся и процедил сквозь зубы:
- Забыла, с кем разговариваешь?
Я отшатнулась в притворном ужасе:
- Как можно?! Никогда.
О чем были мои мысли в тот момент? Не знаю. Для меня стало жизненно важным довести собеседника, расколоть его прочный панцирь и нанести удар по самому уязвимому месту. Пусть помучается!
Труды не пропали даром - юноша разозлился. Его ярость буквально пылала в воздухе. Еще немного - и он проиграет.
- Ты забываешь, что не являешься хозяином положения и не вправе диктовать условия. Знаешь, аструм ведь никогда не останется один, - последний штрих завершил картину.
Результат не заставил долго ждать. Нэйт переменился в лице:
- Лжешь!
Ответ не требовался. Можно мотнуть головой, упиваясь произведенным эффектом.
Вот он - долгожданный миг. Терр потерял самообладание. Движимый гневом, Нэйт сократил расстояние между нами и схватил меня за куртку - ткань жалобно затрещала.
- Скажи, что ты лжешь! - угрожающе проговорил собеседник. - Или признавайся, где твой алтерн!
Зрелище, разыгравшееся передо мной, впечатляло. Чужие эмоции оказались ярче, их обладатель переживал гораздо сильнее, он чувствовал боль. Это, бесспорно, победа.
Не догадываюсь, чем Хьюго не угодил потомку Аврелиуса. Однако каждый раз при встрече между ними возникала молчаливая борьба, вылившаяся однажды в попытку завоевать мое сознание.
Не использовать подобное преимущество в нужных целях - было преступлением. Мой голос не дрогнул:
- Алтерн никогда не бросит свою вторую половинку.
Хватка парня усилилась. Он подтащил меня ближе и прошипел на ухо:
- Тогда почему твоя половинка не спешит на помощь? Или ему необходимо приглашение?
В свободной руке нападавшего сверкнул нож - холодное лезвие ткнулось в бок.
- Зови, - потребовал Нэйт, дополнив слова ощутимым тычком под ребра.
- Ну же, - его дыхание опалило кожу, - будешь молчать?
По спине пробежали мурашки. Странное ощущение, точно я больше не хозяин своему телу. Оно принадлежало кому-то другому - терру, выжегшему на моем лбу метку и заявившему на меня права.