- Совсем из ума выжили? - прошипел Виас, строго уставившись на нас с Кирс. - Что за цирк вы здесь устроили?
- Но папочка, - возразила ему девушка, наивно хлопая ресницами, - в яблоках нет ничего плохого. Барт говорил: они очень популярны в мире людей.
Я постаралась вжаться в стул и стать как можно незаметнее. Сейчас только нравоучений не хватало за незначительный проступок. Знаю, ошиблась. С кем не бывает? Это не повод обрушивать на меня град обвинений.
Пусть лучше достанется Кирс. Ее маниакальная одержимость яблоками давно перестали носить невинный характер и начинают доставлять все больше и больше хлопот.
- Папочка?! - возмущению мужчины не было предела. - Хвала небесам, вы никогда не будете моими отпрысками.
Черт! План провалился. Виас обращался к нам обеим, значит, и наказание будет для двоих. Я хотела избежать лишних конфликтов, надеясь собраться с мыслями после встречи с Нэйтом. Шум, производимый временным наставником, отвлекал и мешал сосредоточиться.
Думаю, Виасу пора осознать: мы не маленькие детки, над которыми трясутся взрослые дяди. Мы в состоянии справиться с проблемами без подколок и насмешек со стороны старшего поколения.
- Вы безответственные, неразумные девицы, заботящиеся лишь о собственных желаниях и не думающие об окружающих, - сурово продолжал Виас, полностью опровергая мои мысли.
Он с силой сжал кулаки - костяшки его пальцев побелели от напряжения. Мужчина завелся не на шутку. Одно неосторожное движение - и нас выбросят на улицу.
Странно, что мы вывели стража из себя, не приложив к этому особых усилий. Его будто ударили по больному месту.
Я попыталась смягчить накалившуюся обстановку и осторожно произнесла:
- Ты усложняешь. Во время моих прошлых вылазок на поверхность ничего страшного не происходило. Секретность не была нарушена, и у аструмов появился Барт. По-моему, неплохо.
Виас наградил меня пронизывающим взглядом, от которого мурашки по коже побежали.
- Что именно ты считаешь неплохим? - в его голосе зазвенели безжалостные нотки. - То, как ты храбро гуляла среди людей, скрывая правду от остальных аструмов, или то, как ты любезничала с терром, выдав ему все секреты?
Меня охватила растерянность, к ней примкнуло недоумение Хьюго. Эмоции метались между нами, не позволяя сфокусироваться. Крохотный шарик перепрыгивал от одного алтерна к другому, вбирая в себя новую порцию переживаний. Он становился шире с каждым витком, с каждым отскоком увеличиваясь в объеме.
Огромный шар лопнул, осыпав нас снопом сияющих искр, едва услышал слова Виаса:
- Дорогуша, а ты наивно полагала, что я закрою глаза на ваши секретные разговоры с человеком у окна? Зря, - мужчина издевательски ухмыльнулся, - отныне вы мои подопечные. Мне положено знать про вас все.
В горле пересохло - страх сковал тело. Вряд ли с Виасом удастся договориться так же как с Кирс: не тот возраст, не тот характер, не те отношения. Проще продолбить отверстие в каменной стене, чем найти подход к этому брюзге.
- Барт бы не рассказал, - я не поверила виру.
Янг не стал бы делиться тайнами с первым встречным. Да, парень болтлив, временами слишком болтлив, но он никогда не выдаст важную информацию, если не видит необходимости или если его не обведут вокруг пальца.
- Ты права, - хмыкнул страж, - пришлось соврать. Бедняга верил, что помогает тебе. Вот это неплохо, - улыбнулся мужчина, - не находишь?
- Оставь ее, - вступился за меня Хьюго.
От вмешательства напарника Виас «расцвел». Он ждал, когда кто-нибудь подключится к диалогу и, сам того не подозревая, увеличит число обвиняемых.
- Хорошо, оставлю, - «промурлыкал» аструм. - Может, поговорим о тебе и твоих тайнах?
Алтерн стиснул зубы, не желая поддаваться на провокации. В нем все закипело, норовя в любое мгновение вырваться наружу. Ярость вперемешку с отчаянием бурлила в его крови, закручиваясь ненасытным вихрем, пролетая по ниточке связи.
Я забрала часть боли второй половинки, не позволив остаться с ней наедине. Чувства устремились в меня, обдав волной горячего пара, до дрожи обжигающего внутренности, и осели мутными темными хлопьями, подчинившись другим более сильным ощущениям.
Знаю, Хьюго не любит, когда вмешиваются в его маленький мир, но это единственный способ удержать от безрассудного поступка.