- Выходит, Хьюго врал? - я решила использовать напарника, как последнее средство в борьбе. - Врал тебе, старейшим, Совету…
- Да, - прервала дескур, - ты заставила его.
Действительно, как Хьюго мог сказать про наши отношения? Лишь под давлением эгоистичной, алчной второй половинки. Не знаю, правда, как мне удалось такое провернуть? Надо поинтересоваться у Кирс: она лучше знает.
- Здорово! Ты нас раскусила, - сарказм сдержать не вышло. – Только зачем это нам?
Во взгляде стражницы промелькнуло раздражение. Она резко повернулась:
- Не ломай комедию, Мэл! Здесь нет зрителей, никто не оценит.
- То есть, отвечать ты не собираешься? - я не желала уступать.
Кто дал девушке право вести себя подобным образом? Торо не указывают вирам и не учат взаимоотношениям с партнером. С таким же успехом мы можем отправиться к инканам и сообщить им, как управлять Хэдесом.
Кирс многозначительно хмыкнула. В воздухе повисло неловкое молчание. После сказанного я не имела представления, нужно ли продолжать, а если продолжать, то в каком направлении? Как заставить противоположную сторону услышать меня?
Собеседница не спешила приходить на помощь, предпочитая любоваться облаками, и делала вид, что не обращает внимания на внезапно возникшую паузу.
О чем она думала? О Хьюго? Скорее всего. Юноша и раньше был ей очень близок, а после потери алтерна именно в нем Кирс увидела новый смысл жизни. Хьюго стал своеобразным маяком, который вывел девушку из тьмы, поэтому у нее не возникло сомнений, когда пришло время выбрать нового напарника.
Увы, аструм поспешила с выводами и совершила ошибку. Я тоже однажды перепутала чувства, общаясь с Нэйтом. Казалось, терру не составит труда заменить вторую половинку, ведь они вызывают громкие эмоции в душе.
Позднее мне удалось разобраться, но сделанного не вернешь. До сих пор стыд за некоторые поступки продолжает преследовать сознание. Кирс не должна повторять мою судьбу и разочаровываться в самой себе.
Время шло - тишина начинала давить сильнее. Странное ощущение стесненности охватило тело. Тяжелое, массивное - оно увеличивалось в размерах, превращаясь в огромный пласт невысказанных слов, висящий над головой.
Я поежилась, пытаясь отогнать от себя дурные мысли. Какие эмоции испытывала сейчас Кирс? Хотелось ли ей заговорить и вернуть былую непринужденность, царившую между нами? Или происходящее ее устраивало?
Проклятье! Мне это было неизвестно. Все, что касалось пассии Хьюго, раньше не входило в круг интересов. Увлечения, привычки, круг общения упускались из вида и не представляли важности. Их обладательница являлась подружкой алтерна, а значит, не могла претендовать на дружбу.
Нет, я не отталкивала, не игнорировала, ничем не выделяла ее среди своих товарищей. Никто не догадывался о моем отношении к ней, ведь на протяжении многих лет получалось сохранять иллюзию привязанности, не пуская девушку дальше положенной черты.
Зачем нужна дистанция? Вероятно, дух противоречия заставлял отрицать любого близкого к Хьюго стража. В эту категорию попала не одна Кирс - даже Аргуса коснулась особая «милость».
Нет, так дальше продолжаться не могло. Нам с Кирс следует зарыть топор войны, объявить перемирие и обсудить сложившиеся проблемы. Пусть знает: никто не запретит ей общаться с Хьюго и не будет чинить препятствия на пути к их счастью.
Мы, наверное, так бы и стояли в тишине, если бы я не заговорила первой:
- Мне следует перед тобой извиниться.
- За что?! - признание выбило девушку из колеи, заставив позабыть о недавних упреках.
Она не понимала, почему я просила прощения. Это являлось загадкой не для нее одной. Думаю, жест доброй воли адресовался Хьюго и был своеобразным искуплением прошлых ошибок.
- За то, что мы так и не подружились, - честно призналась я, - и за предвзятость. Ревность к тебе не позволяла раскрыть глаза на…
- Замолчи! - резко бросила Кирс, не позволив договорить. – Снова играешь.
- Нет, - мягко возразила я, надеясь успокоить собрата. - Если тема неприятна, мы можем не продолжать.
Однако слова сделали лишь хуже. Стражница с низким рыком бросилась ко мне и прижала к двери, приставив локоть к моему горлу.
- Ты не поняла, - угрожающе промолвила она. - Тебе сказали замолчать.