Мне чудом удалось сдержаться и не выплеснуть ту бурю эмоций, царившую внутри. Стоило больших усилий отойти от Барта и отвернуться, начав обдумывать сложившееся положение.
Мысли переполняли голову, метались с невероятной скоростью, бурлили подобно лаве в жерле действующего вулкана, приводя в состояние полнейшей паники. Происходящее пугало своей стремительностью, широтой новых границ, резкими переменами. Оно слишком быстро двигалось, а я, застряв где-то позади, никак не могла в него влиться.
Барт опять все не так растолковал. Юноша подошел ближе и сочувственно погладил меня по спине:
- Ну-ну, не надо реветь. Барт рядом.
О, небеса, что за наказание? Чей извращенный мозг придумал ввести именно Янга в мой круг общения? Еще немного - и он сведет с ума. Ему под силу вывести из Равновесия монаха, познавшего дзен!
Я обернулась, продемонстрировав другу свое лицо:
- Не надейся, аструмы редко плачут.
- А ты поняла? - Барт даже не обратил внимания на отсутствие слез на моих щеках. - Это же была фраза из...
Он неожиданно помрачнел:
- Ты не смотрела.
Парень укоризненно покачал головой, словно винил меня, и скинул с плеча рюкзак. Барт стащил с него плотный, прозрачный мешок, вынул из бокового кармана телефон и, нажав на кнопки, принялся отчетливо говорить:
- Заметка номер сто восемьдесят шесть. Объекты не реагируют на шутки из сериалов. Нужно это исправить.
Барт, задумавшись, поднял голову вверх и посмотрел на защитный купол, окружающий Хэдес, на раскинувшееся озеро, на редких рыбешек, проплывающих за «стеклом».
- Следует начать с чего-то обучающего современному миру, - сообщил, наконец, собеседник предмету в своих руках, - будет познавательно и наглядно. Янг. Конец заметки.
Я усмехнулась:
- Ты нас изучаешь?
Барт замялся, спрятав руки в карманы мокрой куртки.
- Ну, - протянул юноша, - не пойми неправильно. Мои записи вас не оскорбляют. Хотелось немного побыть исследователем. Вдруг это пригодится.
Оставалось лишь не рассмеяться и с самым серьезным видом выслушать оправдание. Исследования? Не собираюсь огорчать друга, но обычно «записи» ведутся иначе.
Пусть играет дальше. Зато через пару лет, когда мы увязнем по самые уши в современной культуре, будет забавно вспоминать свое невежество, и слушать комментарии Барта.
- Молодец, - я похвалила собеседника и, не удержавшись, спросила, - поясни, ты записываешь голос? Принцип действия такой же, как отображение произошедшего события?
Барт расплылся в улыбке:
- Ты умнее Хьюго. Он не сразу понял.
Сознание охватила гордость за свою сообразительность и одновременно смущение:
- Мне уже приходилось видеть, как случившееся пару минут назад воссоздали на телефоне, поэтому несложно догадаться.
- Не надо скромничать, - горячо запротестовал юноша, - ты быстро схватываешь.
Я ничего не ответила, мысленно радуясь смене темы. Пока было тяжело обсуждать Нэйта, особенно после эмоций, которые вышло ощутить через Хьюго. Не знаю, когда получится отойти и взглянуть на все ясным взглядом, но точно не сегодня.
- Ой! - неожиданно громко воскликнул Барт, напугав меня. - Ты так и не рассказала о Селене. Мерзкая бабка ушла из Хэдеса?
- Да, - я кивнула, вспоминая, как именно «мерзкая бабка ушла из Хэдеса», - Виас лично провел ее через купол.
Парень довольно хихикнул:
- Представляю ее лицо, когда она обо всем узнает.
Однако Барт быстро взял себя в руки и сочувственно произнес, пытаясь убрать из голоса веселые нотки:
- Прости. Тебе, вероятно, не хочется обсуждать Селену. Она сделала тебе больно? - Барту тяжело давался серьезный тон. – Старуха мне сразу не понравилась. Хочешь, загрузим ее фотки в полицейские базы и испортим ей отдых на земле?
Странно, Янг - первый, кто поинтересовался моим самочувствием после всего произошедшего. Виас не счел нужным задавать такой вопрос, с Кирс нам не хватило времени поднять эту тему, Хьюго же прекрасно о нем знал и не видел необходимости лишний раз напоминать. Один Барт проявил заботу. От его поступка защемило сердце.