- Иду, - я побежала догонять друга, втайне надеясь выкинуть случившееся из мыслей.
Посторонние в замке? Ха! Не смешите! Стоит кому-то пересечь защитный барьер, все сразу будут оповещены. Рэм не зря изучал охранные мероприятия людей. Инкан создал свою версию защиты, срабатывающую на любого чужака, не имеющего разрешение посетить замок. А потому не может быть никакого голоса. Он лишь плод фантазии, на который не следует обращать внимания.
Мне удалось быстро поравняться с Бартом - и мы вместе зашагали в сторону замка. Изредка на нашем пути встречались аструмы. Младшие стражи тренировались под присмотром наставников, взрослые - устраивали спарринги. Среди них присутствовало несколько незнакомых виров. Это те, кто, подобно Виасу, долгие годы ждал, когда за ними придут.
Некоторые воины приветственно махали Янгу, часть их что-то говорила вслед. Юноша неизменно здоровался с каждым, улыбался направо и налево, порой отшучивался в ответ.
Это сильно удивило меня. У Барта в Хэдесе появились друзья, которые не видят в нем человека. Для них он товарищ и полноправный член общества.
Я многое упустила за последний месяц и непременно обязана наверстать. Мне уже не терпелось влиться в обновленный мир, вновь почувствовав себя нужной.
До замка мы добрались без приключений и уверенно вошли внутрь. Холодные, пустые коридоры больше не были безжизненными. Торо отрабатывали приемы прямо здесь, посреди толпы. Они устраивали показательные бои, наглядно демонстрируя, как выполнить тот или иной элемент, детально прорабатывали каждое движение. Кто-то вслух зачитывал теорию, объясняя ее группе собратьев, кто-то предпочитал визуально отображать услышанное.
Пустое ранее здание бурлило, кипело. Оно стало совсем другим и больше не производило впечатления унылого, массивного сооружения. В нем появился свет, которого давно не хватало.
На втором этаже тоже наблюдались огромные перемены. Молодые хранители со смехом выскакивали из столовой, резво забегали в тренировочный зал. Всюду звучал веселый гомон.
- Идем, - кивнул Барт. - Мы сейчас зависаем у хортусов: в других местах полно любопытных глаз.
Я последовала за ним, абсолютно не удивляясь выбору места, в котором расположился мозговой центр сопротивления. Там все началось - там все и продолжится. Главное, чтобы там все не закончилось.
Янг распахнул дверь лаборатории и громко объявил:
- Встречайте гостей. Я привел Мэл.
Из соседней комнаты тут же выглянула Кэссия:
- О, Мэл, мы переживали за тебя и за то, как ты справишься с миссией, но ты им показала. Не зря мы с тобой занимались.
- Да, - согласилась я с женщиной, - спасибо тебе и твоим особым тренировкам. Ты лучше всех.
Наставница расплылась в улыбке. Она не дала сказать больше слов благодарности и поманила нас за собой:
- Проходите, Рэм ждет.
Мы с Бартом вошли внутрь.
Рэм, действительно, ждал возле окна. Инкан смотрел на Хэдес будто полководец на грядущее поле битвы, внимательно скользя взглядом по каждой его составляющей.
Он видел все, следил за каждым жителем Невидимого города, знал подноготную любого аструма. Именно Рэм мог повести стражей за собой. Лишись его - мы бы потеряли шанс на спасение.
- Мэлания, у тебя, верно, много вопросов, - старейший повернулся к нам. Его глаза лучились добротой.
Пришлось честно признаться:
- Хватает, правда не знаю, с какого начать.
- Не спеши, - посоветовал Рэм, обводя рукой комнату, - прошлое не должно наносить вред настоящему.
Я оглянулась. Кэссия болтала о чем-то с Аргусом, сидя на грубо сколоченном деревянном табурете. Хортусы снова ставили какие-то опыты, но заметив чужой взгляд, оторвались от работы и жестом предложили присоединиться.
Мои испуганные глаза ответили за меня. На лицах мужчин появились понимающие улыбки. Хортусы решили не настаивать и вернулись к прежнему занятию.
Два новых, до сих пор не проснувшихся аструма продолжали находиться на постаменте, окруженном двенадцатью желтыми и фиолетовыми кристаллами. Фигуры, соединенные тонкой ниточкой телесной связи, даже не догадывались, что творится в мире, в который они в скором времени собирались вступить. Лучше бы не спешили и переждали бурю.
Наконец, в дальнем углу на подстилке из плотной ткани мне удалось разглядеть то, о чем говорил Рэм.