- Какой мир, Ниал? – простонала я, морщась от боли. Жар распространялся прямо из моего сердца, охватывал руки и шею.
- Твой мир! От которого ты так легко отреклась, едва о нем узнав. Ты просто… недостойна быть дочерью Тэсмеада… - с губ Ниала сорвался смешок.
- А ты вообще не его потомок, - закричала я, чувствуя, как внутри продолжает зарождаться боль. Щеки обжигали слезы, и ни единая попытка оторвать руку от дерева не помогла. Теперь я словно положила руку в костёр. – Зачем тебе все это?
- Власть, Морелет. Безграничная власть и бесконечная жизнь!
- Мы могли…
- Добиться этого вместе? – Ниал рассмеялся, достав с кармана ключи от машины, и прокрутив их в пальцах. – Прости, дорогая, это так не работает. Но сейчас я понимаю, что такое стечение обстоятельств куда более удачно. Мне нужна твоя сила, чтобы разорвать круг. И если бы ты не передумала, все было бы на много проще.
- Для кого? – прошипела я, практически сгибаясь вдвое, и понемногу начиная терять нить разговора.
- Для тебя. Ты бы умерла ради высшей цели с верой в это, избавившись от ненужного волшебного мира. Я бы получил твою силу. Все были бы счастливы, Мора, - Ниал ухмылялся, внимательно рассматривая меня, ожидая чего-то. - Я ведь всего лишь ждал, пока мой отец отойдёт в мир иной. Если ты сгорела, пока он был жив… Айзек восстановил бы свою силу.
- Вот почему ты оттягивал время с ритуалом? – с моих губ слова слетали со стонами.
- Умница, Мора. Чем сильнее становилась ты, тем слабее становился он. Баланс миров, помнишь? Изекииль Миллиш отжил своё при власти, теперь моя очередь, - зловещий холодный голос пронзил моё сознание. Я не верила. Не могла поверить в то, как легко и холодно принимает кончину родного человека Ниал. Как... он смог меня обмануть?
- Я хотела это сделать ради тебя, - мой взгляд был устремлён в его черные глаза, но ничего родного в них я не увидела. Передо мной стоял чужой человек, который воспользовался мной ради своих личных мотивов. Человек, который говорил о любви, а сейчас заставляет меня гореть изнутри, чувствуя боль, от которой я едва ли сдерживаюсь чтобы не закричать.
- Лгунья! Жалкая трусливая лгунья! Ты хотела сбежать… - с невиданной до этого злостью, Ниал указал в мою сторону пальцем, словно он на какое-то мгновение вышел из себя.
- Я… я просто не хотела… умирать, - стон слетел с моих губ.
- Тебе суждено умереть, Морелет. Рано или поздно. Во благо народа, который ты не ставишь ни во что.
Но я больше не слышала ничего из того, что говорил Ниал. Я… горела. Сначала изнутри, а потом… я видела, как моё тело покрывается огнём, как языки пламени рождаются из кожи и охватывают одежду. Огонь был реален… или всего лишь яркая галлюцинация в моей голове. Различить не удавалось. Я кричала. От отчаяния и боли. А Ниал… он просто развернулся и ушёл, когда я, охваченная пламенем упала на землю, на подушку темно зелёного мха, отчётливо слыша, как горит древесина, словно я нахожусь у костра. Я хотела ещё что-то сказать, но не смогла. Я даже не знаю, кричала я в слух или внутри себя. Перед глазами начало все плыть, но я смотрела вслед Ниалу. Видела его ботинки, уходящие прочь. Видела, как он садился в машину. Чувствовала, что меня предали, и я не понимала, почему он так со мной поступил. С каждой новой накатывающей волной боли от огня моя любовь к Ниалу Миллишу, моя потребность в нем, сгорала. Я была всего лишь жалкой вещью, которой воспользовались. Слепо верящая парню, сгорая заживо мне представилась возможность пожинать плоды своих решений и свой чувств. И сейчас я получала то, что должна. За непослушание и свою слабость. Я горела. Моё предназначение настигло меня слишком быстро.
Я, видя перед собой и вокруг себя лишь огонь, снова закричала, а далее охваченная новой порцией боли, задыхаясь, провалилась в кромешную темноту.
Глаза жгло. В носу стоял отвратительный запах горелой кожи и древесины, а воздух ощущался физически. Могло ли это значить, что я все ещё жива? Или это другой мир, в который попадают преданные своими любимыми дочери Тэсмеада?
Не без труда я открыла глаза, чувствуя неимоверную тяжесть своих ресниц. Жалкая. Обманутая. Потерянная. Преданная… Все ещё до конца не осознавая произошедшее, и не понимая в каком из миров я нахожусь. Тело не слушалось. Кожа покрыта гарью. Но боли, как таковой, не было. Неужели я все-таки… умерла? Тогда почему вокруг… все так похоже на фьорд, и почему небо такое чёрное? Где я? Почему надомной тучи? Где Дахведишь?
Скрутившись калачиком, я лежала в куче пепла, который когда-то был могущим вековым древом. Я дрожала. И не могла сдержать слез, которые падая с глаз и, смешиваясь с пеплом, превращались в чёрное месиво, которое оставалось на моем обнажённом теле.
Я приподнялась на дрожащих и совсем не слушающихся руках. Ветер поднимал хлопья пепла. А я не знала, что делать дальше. Если мир и мог рухнуть из-за одного неверного решения или поступка, значит… мой мир рухнул.