- Поехали? – я постаралась улыбнуться Анне максимально дружелюбно, аккуратно закрыв за собой дверь ее пикапа, и принялась разматывать шарф на шее. В салоне было довольно тепло, но я дрожала. За много лет я отвыкла от здешнего климата, и местная погода казалась мне еще тем приключением. Именно поэтому моя одежда больше приравнивала меня к туристу, а не к местному жителю.
- Да, поехали, - Анна сняла ручник, позволяя машине немного покатиться, пока я потянулась за ремнем безопасности. В следующее мгновение меня окатило чувством животворящего ужаса, и, казалось, сердце пропустило удар. Мне хватило доли секунды, чтобы поднять глаза и посмотреть на величественное вековое древо, растущее чуть далее по дороге практически у края скалы. Огромные тяжелые ветви колыхались, танцуя с порывами ветра, срывающими длинное темно-зеленое листья. Старая здоровая крона темно-коричневого, практически черного цвета была покрыта бороздами закрутившейся коры и поросшая замысловатыми зелеными узорами, состоявшими из мха. Дерево, которому уже была не одна сотня лет возвышалось здесь словно самое величественное творение природы. Я… я почему-то не заметила его, когда мы приехали. Но я же знала, что оно здесь! Мой отец даже взял с меня клятву, что мне никогда и ни за что в жизни не доведется подойти к нему близко, каким бы сильным не было мое желание. А сейчас я едва сдерживала себя, чтобы не выскочить из машины и не побежать к дереву… чтобы почувствовать снова на ощупь твердую, но одновременно удивительно гладкую древесину. Как тогда, в тот единственный раз, когда я оказалась возле него. Это дерево в своем роде что-то нереальное и манящее. Ведь здесь, на территории безграничных холодных фьордов практически не растут деревья, а те что есть, в основном низкие и маленькие, с искривленными от порывов ветра стволами.
Я снова почувствовала этот манящий ужас и была уверена – это Дахведиш*. Древние легенды гласили, что Темное дерево манит к себе только тех, кто черный своей душою. И оно звало меня… я чувствовала это каждой клеточкой своего скованного ужасом тела.
- Мора, - голос Анны заставил меня вздрогнуть, и лишь придя в себя я поняла, что сижу совсем в неестественном положении, всматриваясь через окно назад, на дерево, что осталось далеко позади нас. Далеко… но физические ощущения разрывающейся связи были болезненно ощутимы каждой клеточкой кожи. – Все хорошо?
- Я не знаю, - вздохнула я, садясь ровно и принялась тереть ладони, тем самым прогоняя мелкую дрожь.
- Так куда тебя отвезти? Домой? – Анна снова посмотрела на телефон, на экране которого выскочило новое сообщение и тяжело вздохнула. Ее младшей дочери было три. И несмотря на то, что когда-то мы были хорошими подругами, я даже не знала как зовут эту маленькую девочку. Мне это было не нужно. Но сейчас Анна была нужна своей дочери, и я не могла стать между ними, учитывая, что подруга и так много сделала для меня в последние дни.
- Нет. Оставь меня в центре по дороге, я еще пройдусь по магазинам. Не могу находиться дома одна.
- Точно? Я могу… - Анна посмотрела на меня, отвлекаясь от довольно крутого горного склона, чтобы для себя самой удостовериться, что не бросает меня в трудное время.
- Точно. Все хорошо, Анна. Езжай к дочери. Я никуда не денусь, и мы обязательно выберемся на кофе, когда малышке полегчает, - мне редко удавалось выглядеть доброжелательной, но сейчас я была искренняя как никогда, и постаралась вложить в свою улыбку столько теплоты, сколько заслуживала подруга.