Я шла. Шаг за шагом. Огонь в груди опять вернулся, но более не обжигал, а приятно грел. Но вот ноги… были на столько тяжёлыми, что, казалось, проваливались в землю. Я споткнулась, на мгновение потеряв зрительный контакт с деревом и меня словно обдало ледяной водой. Голос отца в голове так и кричал «возвращайся домой, Мора!», «тебе здесь не место, Мора!», «что я говорил тебе, Морелет».
- Морелет, - голос Ниала пробрался в сознание намного глубже отголосков из когда-либо слышанных фраз от отца, и, едва я подняла голову, посмотрев на него, и на Тёмное дерево разом, снова оказалась зачарована странным притяжением.
Вокруг не оставалось ничего, кроме ветра. Отец более не взывал предостережениями ко мне в моей голове, оставив лишь горькое послевкусие воспоминаний. Я оказалась на распутье собственных миров: сказанного, и того, что могло бы быть сказанным. И единственное, о чём сейчас удавалось думать – о том, что меня… в своём роде предали. Оскорбили. Силой отняли то, что принадлежало мне. Не что-то физическое, но что-то важное. Правду! Если бы только он показал мне фото матери раньше, мы бы могли поговорить, и папа, может быть, дал бы мне хоть какие-то объяснения.
Нет, я все ещё не была готова до конца верить в сказки про колдунов и прочее, но твёрдо верила в то, что отец, будучи живым осознанно скрывал от меня правду, какой бы она не была. И, почему-то именно сейчас сказка про другой мир, куда отправилась моя мать, выглядела для меня менее абсурдной, хотя и все ещё сказкой. Мне не пришлось бы чувствовать себя такой опустошённой и преданной, потерявшей часть себя и веры в наши тёплые отношения, если бы отец сам в своё время поведал мне нужное. Всеми фибрами души сейчас я пыталась понять, что двигало отцом, когда он решил скрыть от меня хоть что-то, что как-то касалось меня, и моей матери. Я никогда не слышала ни единого плохого слова о женщине, которая меня родила, как и не представляла, как она выглядит. Не знала, кем она работала, каким образом оказалась в этих краях и как познакомилась с папой, какой чай любила и чем занималась в свободное время. А ещё я не знала ничего, кроме отдельных воспоминаний отца, веры в которые теперь не имела. И, важнее всего, не знала, кем моя мать была на самом деле, кроме рассказов о сильной женщине из другого мира, услышанных когда-то перед сном. Лично для меня ничего из этого не было… даже в самых отдалённых воспоминаниях. И вот теперь увидев фото кого-то… выглядевшего столь нереально и точь-в-точь как я, что мне приходилось думать? Во что оставалось верить? Как оправдать отца за то, что он оставил пустоту внутри меня.
Быть может у него и были причины, но даже не смотря на них он не имел права оставлять меня так.
А теперь я не знаю кто я, как и не знаю, что делать дальше. Ведь важную часть меня, моей жизни и моего происхождения утаили, как утаили и мою суть, и сущность, горящую диким огнём внутри. Кто я теперь? А если что-то из сказанного Миллишем или когда-либо отцом правда, то что я теперь?