Ниала не было достаточно долго. Или, быть может, это для меня время бежало медленно, потому что желание убраться отсюда оказалось слишком велико. Я, более не в силах оставаться в этом доме наедине с собой, пошла его искать. Едва я вышла в коридор меня охватила странная дрожь. Дом по-прежнему казался пустым и немного жутким, хотя у Миллишей, скорее всего, работала прислуга. Семь лет назад, когда мы ещё учились в школе Ниалу сандвичи готовила кухарка. А однажды горничная нашла у него в комнате сигареты, хотя я никогда не видела, чтобы он курил. Именно поэтому я надеялась встретить кого-либо, чтобы не догадываться, за какой из-за закрытых на глухо дверей расположился кабинет его отца. Я осмотрелась, и, почему-то инстинктивно пошла в низ. С приоткрытой двери в нескольких шагах от лестницы доносились голоса. Ниал был там, а значит эта комната и служила кабинетом. Медленно двигаясь туда, я снова чувствовала что-то неладное. Похоже, подслушивать в последнее время стало моим коронным действием.
Я уже поднесла руку, чтобы постучать, как сухой измученный мужской голос заставил меня остановится.
- Я совсем не понимаю твоих поступков, Ниал. Зачем ты привёл её в наш дом?
В голосе предположительно старшего Миллиша читалась злость, раздражение и… беспомощность. Ниал всегда уважал и боялся своего отца, но тон, с которым он отвечал родителю сейчас был далеко не мягким и почтительным.
- Зачем? Чтобы наконец-то рассказать правду. И да, она ещё не одевала кольцо.
- Сила не в кольце, а в ней самой, мальчишка, - зло грохнул кулаком, вероятно по деревянной глади стола, старший Миллиш, скорее всего будучи не в восторге ни от самодеятельности сына, ни от моего присутствия здесь, - неужели ты забыл пророчество…
Но услышать продолжение мне не удалось.
- Как мило, ты ещё умеешь и подслушивать, - сестра Ниала появилась рядом совсем незаметно, и, схватив меня за локоть, поволокла в кабинет. Брюнетка, ростом с младшего Миллиша, с такими же чёрными волосами, но длинною до широкого пояса, неприлично обтягивающего ее анорексичную фигуру платья, презренно рассматривала меня. Да, Кора ничем не уступала своему брату: ни красотой, ни дерзостью. Только вот с Ниалом я всегда находила общий язык, а для неё была мусором, собственно, как и большинство жителей окрестности.
Я вырвала руку, оставив её в смятении, словно я не должна была разорвать эту хватку. Но для меня Кора никогда не представляла угрозы, чтобы там себе она не придумала. Я умела противостоять таким людям, как она, и принимать внимание со стороны. В этот момент на меня смотрели три пары глаз, а я же смотрела исключительно на брюнетку, которая, сложив руки на груди, повторяя коронную позу Ниала, рассматривала меня с определённым отвращением.