- И всего-то? - Ниал выдохнул с напущенным разочарованием, прежде чем скользнуть губами по моей щеке к уху, так и не прикоснувшись к губам. - Я бы мог дать тебе на много большее…
Я снова прикрыла глаза, впитывая каждое слово, произнесённое уверенным бархатным голосом, и всю приятную дрожь, которую во мне вызывал его шёпот. Совершенный и… мой. Пришла пора это признавать: Ниал Миллиш - мой!
- Тогда начни с поцелуя и горячей ванны, - я провела рукой по мужской шее, запуская пальцы в волосы на его затылке.
- Как пожелаешь, моя королева…
Ниал слишком быстро нашёл мои губы, врываясь в моё личное пространство томным и таким сладким стоном. И даже то, что он назвал меня королевой не было таким важным, пока я чувствовала вкус его поцелуя. Напористого, требовательного и опьяняющего, но в то же время предвещающего что-то большее. Но даже когда он оторвался от меня, скрываясь за дверью ванной, я не отрезвела полностью от его сладостного влияния. Мои мысли пытались прийти на место, позволить мне передохнуть и на что-то переключиться, но единственной важной вещью для меня сейчас оставался Ниал. Ни воспоминания о том, что приключилось со мной днём. Ни предположения, как поступать дальше, и к каким последствиям может привести наша связь в этом городе, и уж тем более в том сказочном мире, в который я до сих пор не хотела верить. Для меня сейчас все было предельно просто: чем ближе я подпускала к себе Ниала Миллиша, тем больше пропадала в нем. Неужели это все последствия многих лет отрицания и отказов самой себе? Могло ли быть взаправду то, что я попросту не признавалась в собственных чувствах, что теперь схожу с ума от его присутствия и прикосновений? Возможно, все наше понимание друг друга не что иное, как бред? Может, Анна права, и я просто слепо в него влюблена? И была влюблена все эти годы?
Я потянулась за бокалом, и выпила вино до последней капли.
- Надеюсь, ты не против клубничной пены? - Ниал застыл в пороге ванной, облокотившись на дверной косяк, и улыбаясь вытирал руки в синее полотенце. - И, возможно, пары свечей?
- Я слышу нотки романтики и заботы в твоём голосе? - практически промурлыкала я.
- Я всегда заботился о тебе, Морелет, - на мгновение потеряв из виду глаза Ниала, пока тот вешал полотенце, я поняла, что отчасти он прав. Забота… в любом её виде была всегда. Поддержка, присутствие, прикосновения. Будь-то школьные будни, или непонятная хрень сейчас.
- Возможно, ты прав, - улыбнулась я, поставив бокал на пол. Скорее всего, этот самый вечер станет очень важным для меня и для нас, когда дело зайдёт дальше далеко не целомудренного поцелуя. Но эта связь… между нами, это не просто дикий необузданный секс, или завораживающие душу поцелуи… это не обычное держание за ручки или улыбки соседям… это нечто большее, то, что мы пронесли в целости и сохранности через годы и тысячи миль. Я уже не маленькая глупая школьница, которая искала истины, сбегая на фьорд, и которую отчитывал отец за безрассудные поступки. Я выросла. И теперь весь груз решений на моих плечах, пусть истинна так до сих пор и не оказалась найдена. Так почему я не могу позволить себе насладиться…
Поднявшись с дивана, я почувствовала лёгкое головокружение. Это все вино и… Ниал. Но чувство было приятным. Оно дарило лёгкость и уверенность.
Ниал наблюдал. Словно хищник, что готовился к нападению, стоял и выжидал лучшего момента. Сунув руки в карманы брюк, он смотрел, не скупясь на улыбку. Миллиш играл со мной? Или это вино в моей голове играло с нами? Закусив губу, я смотрела в его глаза. Он был таким… идеальным. Моим. Но, в то же время недоступным. Я подошла ближе. Пальчики нашли воротник его рубашки, который я наигранно поправила, прежде чем расстегнуть одну пуговичку, а после и другую, тем самым оголяя ещё больше его грудь. Затем остановилась. И снова подняла голову заглядывая в его черные глаза. О, ему определённо это нравилось, но мне все было мало. Хотелось контакта с кожей. Мягкой, тёплой, и приятно пахнущей. Казалось, мои руки сами потянулись к его шее, плечам, проникая под ткань рубашки на сколько это было возможно. Его мышцы напряжены и… холод металла. Никогда не замечала, чтобы Миллиш носил цепочку. Но она находилась на нем и не была так важна для меня. Мои ладони двигались вверх, чувствуя, как напряжена его шея. Я очертила пальчиком нижнюю линию его челюсти. Лёгкая щетина царапала кожу, но это ощущение было нереальным. Приятная боль будоражила и только заводила. Я потянулась к нему больше. Кончиком носика провела по шее, шумно втягивая в себя его сладкий аромат, и, словно найдя своё укромное место, улыбнулась. Его кожа источала жар, и сердце… оно неслось галопом. Не только Ниал действовал на меня так, но и я заставляла его находиться на некой подобии грани. Так неимоверно сильно захотелось его поцеловать. Плюнуть на все наши извращённые игры, и просто ощутить снова мягкость сладких губ. Но, сдержавшись, я лишь позволила своим губам нежно касаться его щеки, оставляя дорожку из подобия поцелуев, пока не остановилась у его уха. Это был грязный приём Ниала Миллиша и я воспользовалась им сполна.