Жар вернулся. Я почувствовала, что вспотела спина, и как тяжело стало дышать. Книга должна быть здесь! Она не могла испарится.
Какого черта события складываются так, словно кто-то мешает мне узнать всю истину! Это же просто книга! Обычные сказки. Я… я не схожу с ума и точно помню, что оставила книгу на диване, когда пришла Анна, и я не уходила ни на минуту, чтобы подруга имела возможность стащить ненужную ей литературу.
«Я компенсирую тебе скучный вечер»
Очередное сообщение от Миллиша было далеко не тем, в чем я нуждалась. На весах моего самопознания опять оказались Ниал и правда, и лежали они, как я уже привыкла, на разных чашах. Почему так складывалось? Из-за чего каждый раз я должна была выбирать, бороться с едва преодолимым желанием бросить все и отдаться поглощающим меня чувствам. Глаза, на которые наворачивались слезы накатившего отчаяния, нашли фото отца на камине. Старая потёртая рамка с парой блестящих сердечек, что я налепила на неё будучи ещё в школе. Карточка, на которой в красной клетчатой куртке девчушка, чьи светлые волосы выбиваются из-под совсем не девичьей коричневой шапки. Она смеётся и прижимается к мужчине, молодому и красивому, не чаявшему в ней души. А позади леденящий душу вид: темно синяя вода и практически черные снеговые облака. Я помню тот день, словно пережила его вчера. Прогулянная учёба, холодный ветер, и обещание отца научить меня водить его Дефендер.
- Папа, - практически простонала я, - как ты мог ничего мне не сказать, и не указать правильный путь.
Мысли сложились в голове в странный пазл. Я посмотрела на сообщение от Ниала на всплывающем экране, но так и не открыла чат. Телефон отправился в карман.
Схватив ключи от Дефендера и впопыхах накинув куртку, я даже не переоделась из домашнего вязанного костюма во что-то более тёплое, и вылетела из дома. Я получу ответы на все существующие вопросы, и мне не важно, что нужно будет для этого сделать. Даже перспектива продать душу, чтобы узнать правду, уже казалась не такой сумасшедшей. Любой ценой… я готова докопаться до истины любой ценой. И, от чего-то я чувствовала, что времени у меня не так уж и много.
Именно с этой мыслью я нажала на тормоза, заставляя Дефендер резко остановиться у офиса отцовского адвоката, в который и ворвалась словно умалишённая. И только присутствие какой-то пожилой пары в душном дальнем кабинете помогло остудить мой пыл.
- Снори… - со сбитым дыханием прохрипела я, застыв в дверном проёме, и тотчас же поймала на себе три пары любопытных глаз.
Женщина, сидящая на правом кресле, недоумевающе посмотрела на меня, вероятно подумала, что у меня что-то да произошло, если я так сюда влетела. Её грустный взгляд задержался на мне несколько секунд, и она повернула голову в сторону сидящего на соседнем кресле мужчины, который все это время держал её за руку. Хорошее воспитание, которое мне дал отец, кольнуло внутри угрызением совести, но я слишком быстро вспомнила, зачем я здесь.
- Мора? - Снори поднял на меня глаза, поправил очки, сидящие низко на его носу и отложил ручку. Он выжидающе молчал, но не могу сказать, что адвокат был удивлён моим визитом. Это все так предсказуемо? Или мой приход сюда был всего лишь вопросом времени? Я чувствовала себя той, кого с огромной вероятностью держат в дураках.
После всех сказок Ниала, и встречи с Ридом, я почему-то была уверена, что этот старик, Снори Йохансон, оказался далеко не простым адвокатом и коллекционером древних книг. Он обладал знаниями, что могли расставить на места многие вещи. Это доказывало мою теорию о том, что эльфы… сверхъестественные существа… Высший народ… это все на много глубже зарыто в истории этих краёв. В любом случае, это было или так, или я и вправду сошла с ума, если верю во все это.
- Мне… мне нужно поговорить, - расстегнув куртку, я так и осталась стоять в дверном проёме. – Это срочно.
- У меня… - Снори пытался говорить спокойно, лёгким кивком указав, что находиться здесь не сам. Но черта с два я была готова тратить время на ожидания. Возможно, времени у меня и вовсе нет. За все эти дни я ни единого разу не допустила мысли о том, что Ниал меня обманывает. Недоговаривает, да. Но почему-то сейчас, после того, как в воспоминаниях я нашла отца, его поступки не казались лишёнными смысла. Папа… он запретил мне видеться с Миллишем по какой-то причине. И единственным связующим звеном между мной, отцом и правдой сейчас был тот, кто остался другом и доверенным лицом моего папы ещё при его жизни. И, кажется, сейчас я ненавидела себя за то, что ищу правды на стороне от собственного парня, признавшегося мне в любви, и, фактически, предложившего выйти за него замуж.