- Отец мёртв!
- Но не моё слово ему…
Я резко поднялась. Меня слегка пошатнуло, но опора в виде стола очень быстро оказалась кстати. Утренней лёгкости, которую я чувствовала, сейчас как и не бывало. Но ни жар, ни боль в сердце не ощущалась. Именно поэтому я больше обращала внимания на злость внутри себя, нежели на ухудшающееся самочувствие.
Да, отец мёртв, и через его слабость, тайны и нерассказанные секреты я, собственно, здесь. Я, когда-то сильная и независимая, его истинная дочь сейчас жалкая, потерянная и сбитая с пути.
С пути…
Неужели это и есть мой путь? Узнать все без чьей-либо помощи и принять себя, чем бы, или кем бы я не являлась. Или просто бездумно выполнить своё предназначение, лишь бы освободиться от всего. Кто я такая, черт подери? Чья я в итоге дочь?
Дочь Матиаса Ханнесона, честного и сильного простого человека, достойно воспитавшего в одиночку своё чадо, но так и не выполнившего свою главную обязанность. Отец должен был рассказать мне правду. Поговорить, написать письмо или записку. Он должен был донести до меня истину любым способом. Да, я прекрасно понимала, что в какой-то степени время расставило свои приоритеты. То, что было главным и важным для меня тогда, скорее всего не было бы воспринято серьёзно. Но я была бы в курсе. Именно поэтому, секреты, которые всплыли бы много лет назад, так ярко и необузданно не сбивали меня с толку сейчас. Я жила в мире, искусственно созданном отцом, но, оказалось, существует ещё один мир. Мир, в котором я…
Дочь Талиссы Арделл, наследницы короля Великого народа Тэсмеада, королевы престола Льда и Бурь, волшебного существа, сошедшего со страниц дивных книг и легенд, мифического феникса, женщины, сгоревшей, чтобы дать жизнь собственной дочери и обречь своё чадо на страх, слезы и непонимание, оставив в подарок проклятый сундучок.
Меня накрывало не просто чувство безысходности. Это было что-то сродни тонкой грани, которая отделяла моё нормальное состояние от депрессии или полноценного психического расстройства.
Снори оставался категоричен в своей преданности отцу, но не мне, и я опять возвращалась туда, откуда начинала. Меня охватило отчаяние. Сильное и леденящее душу. Что, если я… не справлюсь с неведением?
- Тогда скажите, где Рид, и я спрошу у него. Он знает то, что мне нужно, и сомневаюсь, что этот парень давал кому-то клятвы молчания, обрекая тем самым меня на мучения.
Да, я была резка. Но варианты… я не могла прекратить добиваться правды.
- Мора… - Снори покашлял. - Лучше не ищи его…
- Почему? Потому что и он не расскажет?
- Да, Мора, не расскажет.
- Расскажет. Он ведь не осмелиться нарушить приказ своей королевы, не так ли? - я нависла над столом. Снори уставился на меня слегка закинув голову. Его глаза горели огнём удивления. Старик точно не думал, что я знаю на столько много. Или думал… догадывался… или, черт-возьми знал, ведь первая реакция его племянника на меня была бесценна, пусть и ошеломляющая. И я подтвердила догадки Снори. - Этот фокус я уже опробовала на нем.
- Мора, ты пока ничего не понимаешь, и играешь с огнём, - с лёгким негодованием произнёс старик и, снова прокашлявшись, медленно поднялся, выравниваясь со мной в росте.
- С огнём? - рассмеялась я, но это был скорее хохот отчаяния. - С тем огнём, что горит во мне? Достаточно! Мне нужно знать правду, чтобы не наделать беды.
- Тебе не нужно было приезжать, - холодно, словно этот голос не принадлежал человеку, находившемуся передо мной, ответил старик. - Матиас сделал все для этого, и даже собственноручно лишил себя дочери, разделив вас континентами. Это та правда, которую ты ищешь. Но уже ничего не изменить. Ты здесь. Механизм запущен. Усилия твоего отца потерпели крах. Смирись и прими себя. Такова воля твоей судьбы.
- Какой судьбы? Какую себя принять? Да скажите хоть что-то! Без ребусов и замысловатых слов! - сорвалась практически на крик я, чувствуя, как накатывает приступ паники. Я билась в закрытые двери, и чем больше стучала, тем больше понимала, что ничего не получу в результате. Дышать стало неимоверно тяжело. Я оттянула воротник кофты, и, пошатываясь, отошла от стола. Мне… мне не удавалось вдохнуть, словно в комнате не осталось и молекулы кислорода. Перед глазами появилось множество черных точек, что без устали переливались и взрывались яркими искрами.
- Я не могу… - виновато опустил глаза Снори, возвращая своему голосу ту самую мягкость. Комната ставала неимоверно тесной, давила на меня. Перед глазами все расплылось. Я хотела снова запротестовать, но так и не смогла.
- Он не может… - голос за спиной раздался неожиданно и звучал резко. Это было утверждение, которое я должна понять и принять. Это был… Рид? Я не узнала голос, и захотела повернуться к его источнику. Но оказалась узницей в собственном неконтролируемом теле…