Но я более не слышала ничего, лишь жестокие порывы ветра свистели в ушах, обжигали кожу, а чуть далее устрашающе качались тяжёлые ветви Дахведишь. Мне удалось почувствовать нашу связь… едва заметным покалыванием в кончиках пальцев. На мгновение. Но это было нечто иное.
Я не была готова решать что-то сейчас, именно поэтому бежала к машине так быстро, как только могла, лишь бы убраться отсюда подальше. Судьба оказалась благосклонна. Ключи торчали в замке зажигания Дефендера, и я, даже не пристегнув ремень безопасности, провернув ключ, ударила по газам. Джип взревел, с пробуксовкой резко разворачиваясь на краю опасного горного склона. В зеркале заднего вида остался Рид, по-прежнему стоящий на коленях. Затем я на мгновение посмотрела в зеркало на себя: на шее и вправду алел лёгкий порез, и пара струек засохшей крови отчётливо виднелись на белоснежной коже.
Глава 11
- Так не бывает. Нет! Так точно не бывает. Я однозначно сошла с ума.
Едва контролируя быстрое отрицание головой, от которого шею практически свело судорогой, я облизала губы, почувствовав солёный отвратительный вкус предательских слез. Лицо пылало. И это мерзкое ощущение месива и влажности на щеках заставляло желать разодрать кожу. Я едва сдерживалась, чтобы не сделать этого, и смахнула ладонью порцию влаги с глаз, которые словно покрывала пелена. А ещё накатывала лёгкая пульсирующая в висках боль. Но пока моя отчаянная попытка сбежать не приносила успокоения, даже учитывая то, как сильно педаль газа была вжата в пол. Я ещё раз посмотрела в зеркало заднего вида, и близко не зная, что ожидала там увидеть. Фьорд оставался далеко позади, как, собственно, и Рид. Я не видела его. Даже силуэта, стоящего на краю и смотрящего мне в след, или преследующего мою душу. Он все ещё стоял на коленях или просто передумал причинять мне боль? Нет. Это все слишком нереально и странно. Я не верю. Нет, не могу позволить себе в это верить.
Сжимая руль до боли в костяшках, я закричала. Но крик больше походил на едва слышный измученный стон, что сорвался с моих губ. Каждый раз в моей жизни, принимая что-то на веру, всегда находилось нечто странное, нереальное, невообразимое, от чего необходимостью было закрыться в себе. Мне хотелось думать обо всем происходящем, как о нелепых сказках, в которые я никогда не верила. Даже сейчас, в этот самый момент для самой себя отрицание того, что произошло, оказалось наилучшим вариантом. А что собственно произошло?
Новая порция слез обожгла глаза внезапно. Понимание окатило сознание подобно ледяной воде. Меня хотели… убить! Пальцы быстро нашли царапину на шее, ощупывая подушечками кожу и засохшую кровь, желая убедить себя, что я все придумала сама. Но этот неглубокий порез не исчезал. Он кричал: это все взаправду! И я все ещё жива лишь благодаря необъяснимому магическому вмешательству.
Это какой-то парадокс: я едва не умерла из-за магии, но та же магия меня сейчас и спасла.
Мысли. Я обязана думать в правильном направлении. И первое, что пришло мне в голову был Ниал. Нужно позвонить Миллишу. Точно.
Машину повело, едва я отвлеклась от дороги, чтобы достать с кармана телефон, а затем, поймав колесом выбоину, меня швырнуло в сторону. Голову обожгла резкая боль, от которой на мгновение потемнело в глазах. Я что было сил ударила по тормозам, от чего в этот раз меня бросило на руль. Весь воздух моментально покинул грудную клетку.
Я чувствовала себя потерянной и тревожной, руки дрожали и не слушались. Я словно оказалась заперта в чужом теле, не в силах ничего предпринять. Мне нужно успокоиться. И вдохнуть. Нужно, но я не могла.
Я выскочила из Дефендера, и, запустив руки в волосы, принялась ходить туда-сюда. Сплошной комок нервов от пережитого вызывал тошноту. Под ногами хрустел гравий, и я даже пнула один кусок камня, который сюда, вероятно, принесло с бурей, и который в одночасье начал меня раздражать. Какого черта происходит? Я всегда умела держать эмоции в узде, что бы не происходило. Так почему я веду себя сейчас так растерянно? Это шок? Или стресс? Или… потрясение. Да, скорее это оно. Потрясение из-за происшествия, которое, я бы никогда не могла подумать, что произойдёт со мной.
Я втянула ртом воздух, чувствуя, как горло обкладывает льдом. Нужно успокоится. И тогда подумать. Но мыслей не было. Только горькое убивающее изнутри отчаяние. Как… как я должна себя защищать? Я не умею драться. В моем арсенале нет ни оружия, ни ножа, ничего. Хотя, о чем я говорю, даже этим нужно уметь пользоваться. Все, на что я способна: пара неотработанных приёмов самообороны, которые нас учили применять против насильников на первом курсе общество местных феминисток.