А вот теперь он улыбнулся.
— Нет, Фиа. Думаю, этот этап мы уже прошли, — он рассмеялся и снова перевел взгляд на дорогу.
— Тогда почему? — настаивала я, чувствуя, как во мне закипает раздражение.
— Поверишь, если я скажу, что мне просто приятно твое общество? — спросил он, пожав плечами.
— Абсолютно нет.
— Ты ценна, Фиа. Мне понадобится твоя защита, если мы наткнемся на каких-нибудь блуждающих Рейфов, — он фыркнул.
Я сдержала улыбку, не желая доставлять ему удовольствие.
— Я так и подумала, особенно учитывая, что вы до сих пор не сказали мне, какой у вас фокус. Я уже начинаю думать, что его вообще не существует.
Его улыбка стала шире.
— Вот как? — он снова взглянул на меня, и в его глазах мелькнула новая, хищная искра.
— Да вы просто находка для долгих поездок, — сухо бросила я.
Он на мгновение замолчал, глядя на долину, раскинувшуюся вокруг нас.
— Это не так просто объяснить, — наконец произнес он. — В нем есть некая двойственность.
— Заинтриговали, — я отвернулась, когда поднявшийся ветер откинул его волосы назад, открыв острые скулы и мужественную челюсть.
— Мое восприятие ненормально обострено. Я вижу детали, которые другие не замечают. Это делает меня мастером стратегии и незаменимым для Стражи, — сказал он, не отрывая взгляда от дороги.
— Это немного похоже на фокус Осты, — осознала я.
— Я тоже так подумал. Забавно, как по-разному проявляются фокусы у людей. Но, полагаю, у Осты он ограничен неодушевленными вещами — ее чертежами, дизайнами. А у меня… особый подход к людям. Кажется, я уже говорил тебе об этом. Я чувствую, что ими движет. Я знаю, как получить от них то, что мне нужно. Я становлюсь тем, кем требуется быть в конкретных обстоятельствах, — продолжил он.
— А вторая часть?
— Я всегда на шаг впереди. В бою я чувствую намерение противника еще до того, как он совершит движение. Меня невозможно застать врасплох. Я лучший боец своего поколения, — сказал он так, будто речь шла о погоде.
Его слова осели во мне тяжелым грузом. Теперь все вставало на свои места. Он был мечтой любого военного командования. Неудивительно, что его так рано сделали Генералом.
— Так вот как вы поняли, что сможете тренировать мой фокус? — я прищурилась, наконец понимая.
— Не совсем. Это скорее стоит списать на мою безграничную самоуверенность, — он улыбнулся так, что у меня перехватило дыхание. — По какой-то причине мой фокус на тебе не работает.
— Почему? — я нахмурилась.
— Ну, с тобой явно что-то не так. Это единственное разумное объяснение. На всех остальных он работает безупречно.
— По-моему, это с вами что-то не так, — парировала я, пряча очередную улыбку. Он был странно игрив даже перед лицом почти неминуемой смерти.
— Возможно, — он пожал плечами.
— Когда мы только познакомились, вы казались… непредсказуемым. Будто я не могла вас понять, — сказала я, и новое осознание медленно уложилось в голове. — Это потому, что вы не понимали, что мной движет?
— Я совершенно не чувствовал твоих мотивов, поэтому мне пришлось действовать по старинке — выяснять твои самые сильные страхи и искать, как их использовать. Это жуть как раздражало, — он нахмурился. — Но я достаточно в тебе разобрался. Стоило упомянуть Осту, и ты сразу становилась сговорчивой.
Я на мгновение замолчала, пытаясь оттолкнуть то неприятное чувство, которое оставили после себя его слова. После столь долгого времени было трудно вспомнить, с чего вообще все началось. Слишком многое изменилось.
— Теперь ты знаешь все мои секреты, — его голос прорвался сквозь поток мыслей.
— Сильно сомневаюсь. Вы один из самых загадочных и коварных людей, каких я знаю.
Наши лошади свернули влево и затрусили вниз по склону холма.
— Я отвечу на любой твой вопрос, но сначала ты должна рассказать, как сумела обойти меня на занятиях Мерсера. Я знаю, что ты сделала это не за счет своих бойцовских навыков, — Ларик фыркнул.
Ветер усилился, и он заправил волосы за остроконечные уши.
— Я кое-что попробовала. Не знала, сработает ли. Это было просто… чувство. Из-за того, что мой фокус так тесно связан с разумом, мне стало интересно, смогу ли я ощущать кого-то в пределах досягаемости. И получилось. Я видела вас, вы буквально горели, приближаясь ко мне. Это словно второе зрение, — призналась я, довольная собой.
— Логично. Как можно ухватиться за разум, если ты не видишь его? Это интуитивно. Странно, что мне такое даже в голову не пришло. И это бесит, — признал он.
— Поэтому мой фокус оказался бесполезен во время симуляции, — добавила я. — Хотя мы до сих пор не знаем наверняка, есть ли у Рейфов вообще разум.