— Все в порядке. Мы бы не хотели навязываться, — мягко сказала я, все еще отвлеченная мерцанием огней вокруг.
— Я настаиваю. Правда, не хочу, чтобы вы двое шли домой одни в такое время. В таком состоянии, — ее голос звучал строго, но взгляд уплывал куда-то за искрой вдалеке.
— Я согласен с Рейн. Вам двоим стоит остаться в Комплексе этой ночью. Все нормально, — спокойно сказал Брайар, переплетая руку с рукой Осты.
Моя лучшая подруга рискнула бросить на меня взгляд, но глаза ее так и не сфокусировались. Я пожала плечами. Возможно, мы действительно были не в том состоянии, чтобы добираться пешком.
— Ладно… да, если это правда не проблема, думаю, мы примем ваше предложение, — сказала я.
— В любое время, — откликнулась Рейн, пока мы, все еще в туманном состоянии, петляли по темным улицам Луминарии.
Нервозность вернулась, пробегая по спине, когда мы подошли к воротам. Было по-призрачному тихо, но часовые все равно стояли, охраняя вход.
Я отвела взгляд, пока Рейн предъявляла удостоверение. Страж хмыкнул, но открыл ворота. Я буквально ощущала исходящее от него раздражение, когда мы проходили в вестибюль.
Мы едва сдерживали смешки, войдя в столовую. В этот момент все вокруг казалось мучительно смешным, и у меня уже болели щеки от улыбок. Видимо, это был побочный эффект эликсира.
Осознание тишины комплекса делало нас лишь более гиперчувствительными: мы нарочито крались на цыпочках и перекидываясь преувеличенно-серьезными взглядами, которые почти всегда заканчивались развязными ухмылками.
Когда мы добрались до лестницы, ведущей к комнатам рекрутов, сумка Осты вывалилась из ее рук с громким грохотом. Ее глаза испуганно расширились, и тут же мы все сложились пополам от беззвучного, шипящего смеха.
Она ахнула, собирая вещи с пола, а ее поза только подливала масла в огонь. Брайар сорвался на какой-то визгливый смешок, и Рейн поспешно закрыла ему рот ладонью.
Я все еще тряслась от попыток удержать поток смеха, когда мы услышали скрип тяжелой металлической двери вдалеке.
Сердце пропустило удар, когда сверху прогрохотали шаги.
Кто-то прочистил горло, и я мгновенно узнала этот звук.
Мы вскинули головы к балкону, но никого там не увидели.
— Вы что, в стельку пьяные? — проворчал он, голос разнесся по залу.
Я перевела взгляд на лестницу, оттуда вышла фигура.
По позвоночнику пробежал холодок.
Медные волосы рассыпались по плечам черной рубашки. Шрам на лице словно пульсировал от злости. Мы одновременно ахнули.
Он остановился в нескольких шагах от нас, скрестил руки на груди и поднял бровь. Мы молчали, переступая с ноги на ногу. По какой-то причине ситуация казалась еще смешнее, и мне отчаянно хотелось расхохотаться, но я сдержалась. Встретиться взглядом с друзьями я не решалась, ведь стоило только пересечься глазами, и нас бы снова накрыло. А сейчас был, пожалуй, самый неподходящий момент.
— Онемели, что ли? — требовательно бросил Ларик, на лбу у него пролегла напряженная складка. Я могла поклясться, он даже топнул ногой.
— Н-нет, сэр, — попытался ответить Брайар. Нас всех одновременно передернуло. Я рискнула взглянуть на Рейн, она из последних сил пыталась сдержать улыбку.
Эшфорд оглядел нас, затем закатил глаза.
— По койкам.
Облегчение накрыло нас, и мы поспешили к лестнице.
— Фиа. Останься, — произнес он ровно. Я резко покачала головой друзьям, моля их держаться спокойно, затем повернулась и медленно зашагала к Ларику. Позади раздались сдавленные вопли смеха.
Он пару секунд изучал меня, стиснув зубы, прежде чем направиться к одному из тренажерных залов с окнами.
Вспышка злости прокатилась по мне, пока я неуклюже плелась за ним. На периферии все еще плясали и переплетались дорожки света.
Он дернул дверь и жестом велел мне войти. Я не бросила ни взгляда в его сторону, просто протиснулась внутрь. В зале царил полумрак, и только слабое свечение из столовой едва разбавляло тьму.
— О чем ты только думала, рекрут? — его ледяной и звенящий голос прокатился по помещению.
Я оперлась о каменную стену, пытаясь удержать равновесие. Сквозь туман эликсира ко мне уже пробивалось настоящее раздражение.
— Об укреплении командного духа, — произнесла я сухо. Спина впечаталась в камень куда менее грациозно, чем я рассчитывала.
— Так ты это называешь? — его слова были острыми, словно лезвие. Он шагал ко мне, и звук отдавался звоном в ушах.
— Это вы так это называли, — пробормотала я, замечая, как вокруг него мерцает свет. Я сглотнула, встретившись с его взглядом. По мне словно прошел разряд, глаза у него были слишком пронзительными. Внутри что-то вспыхнуло.