— Это неправда… — начала я.
— Он позор для Стражи, — выплюнул Бэйлор.
— Ты предстанешь перед дисциплинарным судом за подобные нападки на нашего Генерала. Желание смерти кому-либо из наших лидеров будет караться незамедлительно, — сказал Мерсер ровно и непоколебимо.
Бэйлор поднял лицо к солнцу и встряхнул плечами, как будто ему все это было до лампочки.
— Напомню, лейтенант, что я сын самого могущественного Генерала, что когда-либо служил этому королевству.
Мерсер лишь моргнул, сделав короткую паузу, прежде чем объявить начало урока.
Я шла к спортзалу с бешено колотящимся сердцем. После вчерашнего… Как поведет себя Ларик? Будет ли он зол? Заговорим ли мы о том… что бы это ни было?
Я тяжело выдохнула. Это не должно иметь значения. Он был прав, разумеется. Будь я трезвой, я бы никогда не поставила себя в подобную ситуацию. Пьяной заявиться в Комплекс, полный людей, которые могут как ненавидеть меня… так и убить. Но я взрослая и способна принимать решения.
После слов Бэйлора я не знала что и думать. Глубоко внутри его слова ранили меня сильнее, чем если бы были правдой. Желание все еще тлело во мне, но я заставляла себя верить, что со временем оно умрет.
Мысли унесли меня к Эшфорду… к нам в темных коридорах Комплекса.
Когда он прижал меня к стене…
Щеки вспыхнули румянцем. Его близость отпечаталась во мне слишком ярко, почти невыносимо. Пот липко цеплялся к коже. Я вдруг стала слишком сильно чувствовать собственный бешеный пульс.
Будто по приказу, небо разверзлось. Струи дождя хлестнули по городу, мгновенно промочив меня до нитки и гася огоньки под кожей.
Я позволила ливню смыть воспоминание и вошла в спортзал. Позади вспыхнула молния, озарив улицу.
Когда я добралась до тренировочной зоны, стало ясно, что я здесь одна. Комната тонула в густой, бесшумной тьме. Ни следа Генерала. Я решила начать без него, отрабатывая визуализации с открытыми глазами: хоть что-то, лишь бы не поддаться затяжному провалу в сон. Я считала позвонки, пока нити поднимались по позвоночнику.
Но не могла не думать, где он.
Наверное, занят чем-то, что на порядок выше моего понимания. Возможно, Рейфы в эту самую минуту уже спускаются на Луминарию.
Если бы только я могла убедить себя в этом.
Если честно, мысли снова уползали в то темное место. То самое, существование которого мне стыдно было признавать. Там, где двое людей с яркими волосами переплетены в простынях, отражая ярость бури за окном.
Глаза защипало, и я резко вытолкнула картину из головы.
Хватит вести себя как долбанная школьница.
Генерал наконец вошел, будто не замечая, насколько опоздал.
— Есть прогресс? — спросил он безразличным тоном.
Сбитая с концентрации, я украдкой на него взглянула.
Волосы Ларика были приглажены, настолько мокрые, что вода с них капала на пол, образуя небольшую лужу. Полупрозрачная от ливня рубашка прилипла к телу, повторяя каждую линию его фигуры.
— Д-да. Я сегодня тренировалась с открытыми глазами. Пока не могу удерживать долго, но вызывать получается стабильно, — пробормотала я, ерзая на месте.
Я не могла отвести от него взгляда, вопреки здравому смыслу. Ненавидела то, насколько сильно любила на него смотреть.
Он дернул ворот рубашки, нисколько не смутившись под моим долгим взглядом.
— И ты удерживала контроль во время групповых тренировок? Ничего тебя не сорвало?
Он уверенно расстегивал пуговицы пальцами, одну за другой, открывая все больше бледной, влажной, блестящей кожи, уступающей место вниманию к рельефным мышцам и выточенным плечам.
Жар вспыхнул внутри меня и тут же сменился ледяной дрожью. Я была благодарна за промокшую ткань, охлаждающую огонь под кожей.
Грохот грома прокатился по комнате, заставив тренажеры дрожать.
— Да… думаю, тренировки все-таки сработали, — пробормотала я, наконец отводя взгляд. Это было правдой. От того, что Бэйлор сказал сегодня, раньше меня бы вывернуло, но как-то, сама того не замечая, я уже встроила эти ментальные упражнения в свою жизнь.
Щеки вспыхнули, когда обвинения снова всплыли в памяти. Что бы подумал Ларик, знай он о слухах, что сегодня пустили… об угрозах, что швырнули в его сторону?
Я уж точно не собиралась поднимать эту тему.
Он подошел к стене с закрытыми шкафчиками, вынул из заднего кармана ключ и открыл одну из дверей. Достав скомканный черный сверток, он бросил мне хлопковую рубашку, а вторую натянул на себя.