Будущее же было наполнено тренировками, учебой и, конечно, растущей тревогой по поводу Запада, Рейфов и того, когда нас отправят на задание. Я едва могла спать по ночам. Страх держал меня в постоянном состоянии бодрствования.
— Ты в порядке? — спросил Брайар, подойдя ко мне и слегка толкнув плечом.
— В порядке, — ответила я, стараясь бросить ему обнадеживающий взгляд. Я не привыкла к тому, чтобы кто-то, кроме Осты или Ма, интересовался мной или вообще пытался завести разговор. Это было так ново… иметь людей на своей стороне. Людей, на которых можно положиться. Людей, которые могут положиться на тебя.
Я пыталась подавить пессимизм, который начал прокрадываться в голову. Любые привязанности только усложнят все, если кто-то пострадает…Если кто-то…
Я отогнала эту мысль прочь.
Рейн, ходячий вихрь, подпрыгнула за Брайаром, обвила его руками и, наклонившись, шепотом, но громко, сказала:
— Вы оба заметили, что некого Бэйлора Солея сегодня нет на разминке? — она поиграла бровями.
Я оглянулась, чтобы убедиться в ее словах, заметив, что Назул выглядел крайне неуютно, шагая на несколько шагов позади группы. Было странно хотя бы раз видеть Назула в роли изгоя.
После пробежки мы направились от трека обратно в здание. На последнем занятии нам сообщили, что нужно встретиться с лейтенантом Мерсером в одном из многочисленных тренировочных залов внутри Комплекса. Возможно, наконец-то мы начнем учиться боевому мастерству, а не тратить все время на бег и обычные тренировки.
— Думаешь, он уже с лейтенантом? — спросила я, стараясь говорить так же тихо, как и она.
— Вряд ли. Мерсер никогда бы не позволил ему пропустить разминку. Он просто задержал бы Бэйлора после, — Брайар покачал головой.
Я достала свой бейдж, чтобы показать его у ворот, и услышала знакомый голос.
— Фиа? — позвал Эрон, с удивлением оглядывая меня, пытаясь войти в Комплекс с тяжелым заказом в руках.
Можно только представить его удивление, когда он увидел меня в тренировочном обмундировании среди остальных рекрутов.
Сердце пропустило удар, и я замерла.
Я даже не подумала уведомить Эрона или Жакелину о переменах в моей жизни. Меня пронзило чувство вины. Я с трудом двинулась вперед, подходя к нему, и кивнула группе идти без меня. Его глаза широко раскрылись от шока, и доставка выпала из его рук.
— Я не ожидала тебя здесь увидеть, — сказала я, наклоняясь, чтобы подобрать упавшую коробку.
— Фиа, что ты здесь делаешь? Ты… в форме?
— Сейчас нет времени объяснять. Прости, я все расскажу позже, но сейчас мне нужно идти. Я правда не могу опаздывать, — в голосе прозвучало отчаяние.
Эрон кивнул и отвел взгляд. Я посмотрела вниз, на мгновение замешкавшись, но не знала, что еще можно добавить. Что еще можно сделать. Я вернулась к воротам и поспешила внутрь. Чувство вины ударило с такой силой, что почти повалило меня. Он, наверное, так сбит с толку. Может, даже чувствует себя преданным. Стоило мне подумать, что в личной жизни наконец намечается хоть какой-то прогресс, как очередная волна бед накрывала меня с головой. Я никак не могла выбраться победительницей из этой гребаной круговерти.
Абсолютно дерьмовый день.
Мне удалось пробраться в тренировочный зал прямо перед началом дневного инструктажа. Я пыталась сосредоточиться на занятии, а не на Эроне и том, что он, должно быть, думает обо мне прямо сейчас. Не на тех вопросах, которые, несомненно, роились у него в голове.
Оглядев зал, я заняла место. Бэйлора все еще нигде не было. Меня охватило странное чувство спокойствия. Надо признать, команда «Я» выглядела гораздо лучше без него.
Мерсер прошелся по залу, собирая нашу кровь в отдельные колбы, прежде чем начать урок. Все та же блондинка в изумрудной форме появилась и забрала их, как только они коснулись его стола. По спине пробежал холодок.
— Мы начинаем переходить от физической подготовки к тактическим маневрам и обучению стратегии. Но разминку перед занятием никто не отменял, каждый из вас должен продолжать ее делать, — сказал лейтенант Мерсер, подходя к центру зала. — Вы стали сильнее, быстрее, выносливее, но это только начало.
Я оглянулась по сторонам, оценивая реакцию остальных. По мне так это звучало совсем не обнадеживающе.
— Кто-нибудь помнит, что я говорил о Рейфах на вашей первой дыхательной практике? — спросил он, и бровь его приподнялась в редком выражении любопытства.