— Я не всегда убиваю. Если возможно, я стараюсь этого избегать. Но когда меня вынуждают… что ж, как говорится — сами напросились.
Все вокруг с негодованием уставились на меня. Только лицо Дориана оставалось вежливо любопытным.
— Ходят слухи, что ты убиваешь и себе подобных, — заметил Дориан. — Сколько крови у тебя на руках? Она не мешает тебе спать по ночам?
Я откинулась на спинку стула, как всегда, пытаясь не демонстрировать на лице эмоции. Иногда кровь убитых беспокоила меня, но я не хотела, чтобы они это поняли. Я убила не много людей, и большинство во время самообороны. Это были люди, которые работали с джентри или другими существами, причиняя вред в моем мире. В какой-то степени это оправдывало их убийство, но я никогда не могла это игнорировать — я забирала жизнь. Человеческую жизнь. Жизнь, такую же, как и моя. В первый раз, видя, как от моей руки исчезает свет из чьих-то глаз, мне несколько недель снились кошмары. Я никогда не рассказывала об этом Роланду, и, тем более, не собиралась говорить этому сборищу.
— Как мило, Дориан, но я хорошо сплю, спасибо.
— Для тебя это — Король Дориан, — прошипел пухлый мужчина, сидящий напротив меня. — Прояви уважение.
Дориан улыбнулся. Остальные демонстративно вернулись к своим делам.
— Боги накажут такую убийцу, как ты, — увещевала одна из женщин.
— Сомневаюсь. Специально я никого не убиваю. Только защищаюсь. А те, которых я убила, разрушали мой мир или, как и те люди, помогали его разрушить. Я не убиваю тех, кто просто нарушает границы. Просто возвращаю их обратно. Это не ваш мир, поэтому я имею право, защищать свой собственный. И это не преступление.
Дориан быстрым движением руки отослал льнувшую к нему блондинку, и склонился вперед, чтобы оказаться поближе ко мне.
— Но ты же знаешь, что когда то, твой мир был нашим.
— Был, но ваши предки оставили его.
Шайя посмотрела на меня, ее щеки залил румянец.
— Мы были изгнаны.
Проигнорировав ее вспышку, Дориан продолжил:
— Вы не оставили нам выбора. Когда-то все мы были единым народом. Затем, ваши предки отвернулись от внутренних сил, и начали искать их вне себя. Они строили здания. Покоряли природу. Они научились создавать своими руками такие вещи и элементы, которые мы могли создать только с помощью магии. А в чем то, даже превзошли границы нашего волшебства.
— Так что в этом плохого?
— Скажи мне, Одиллия. Стоило оно того? Вы не можете обрести магические силы в мире, где магия убита. В итоге ваша жизнь стала значительно короче нашей. Вы перестали верить в чудеса, полностью уверившись, что все происходящее можно доказать цифрами и фактами. Скорее всего, не люди стали богами, а ваши машины.
— И несмотря на это, — с горечью добавила Шайя, — люди продолжают процветать. Почему они не были прокляты? Почему плодятся словно кролики, в то время как мы вынуждены страдать? Это они отвратительные, не мы.
— Людская жизнь очень коротка, и они должны оставить потомство прежде, чем умрут. Поэтому им и удается с такой легкостью создавать новую жизнь. Для нас же это не актуально, — усмехнулся Дориан. — Ну, физически мы, конечно, стараемся, но на подсознательном уровне… чувствуем, что впереди у нас еще очень долгая жизнь.
— Мы способны помочь бесплодным, это еще одно чудо современной медицины.
Дориан нахмурился, снова скорее заинтересованно, чем сердито.
— Просвети нас.
Я медлила, внезапно пожалев о своих словах. Но, была не была — в самой краткой форме я объяснила, что такое искусственное оплодотворение и экстракорпоральное оплодотворение.
Даже Дориан с трудом переварил, эту информацию.
— Вы таким образом размножаетесь? — благоговейный шепотом спросила женщина, сидящая рядом с Шайей.
— Только некоторые, — пояснила я, — большинству это не требуется. В любом случае, мне кажется, что у нас и так не плохо получается делать детей.
Видя их шокированные лица, у меня на душе появился некоторый осадок. В конце концов, я была сторонником уважения культурного наследия. Но в глубине души, что-то изменилось по отношению к этим джентри. Может быть, несправедливо, что меня всю жизнь учили тому, что они не люди. Сейчас, мне на мгновение показалось, что они были ими, но я не думала, что один ужин изменит давно укоренившееся мнение.
Побледневшая Шайя покачала головой.
— Это то, что заставило нас оставить свою родину. Из-за подобных вещей, мы оставили наши земли, и переселились в мир духов и потерянных душ. Мы потеряли наш мир, бесспорно, из-за испорченных существ, которые насиловали и грабили земли в честь своих металлических богов.