— Откуда мы знаем, что это не ловушка, — уперся Тейлор, продолжая тянуть меня за рукав. — Любой может наговорить благочестивых слов и прикинуться истинно верующим.
Я понимал, что Тейлор прав, но в то же время был уверен, что он ошибается. Ангелисты не хотели причинить нам зла. Они искренне желали помочь. Пожалуй, у них даже можно было поучиться настоящей преданности. А что, если встреча с ними действительно часть Божьего плана?
Но Тейлор ни за что не согласится пойти с ними. И если насчет ангелистов у меня еще оставались кое-какие сомнения, то в другом я был абсолютно уверен: что бы ни случилось, мы с Тейлором должны держаться вместе. Моя умирающая бабушка велела найти его, и в глубине души я знал: она права — нам нельзя разлучаться.
— Вы должны доказать свою преданность Богу, — услышал я собственные слова. Оба, и пастор, и Тейлор, с удивлением уставились на меня. — Мы можем доверять только истинным слугам Господа.
— О ангел, твои слова полны мудрости, — с уважением произнес пастор и, сложив руки лодочкой, слегка поклонился. — Но как мы, скромные мужчины и женщины, сможем доказать нашу верность?
— Пусть это будет для вас первым испытанием, — быстро ответил Тейлор. — Если бы мы вам просто сказали, что делать, было бы слишком легко.
Пастор согласно закивал головой:
— Мы будем молиться. И, надеюсь, Господь просветит наш разум. Мы вернемся… ну, скажем, завтра, да?
— Я буду ждать… — начал я, но Тейлор не дал мне закончить.
— Возможно, завтра нас здесь не будет. Но Бог все видит. Он даст нам знать, и мы сами найдем вас, когда… когда время будет благоприятствовать, — выпалил Тейлор и для убедительности расправил пошире крылья.
— О да, конечно, ангелы, — воскликнул пастор и, поклонившись, обернулся к своей пастве: — О верные ангелисты, давайте еще раз помолимся, чтобы Господь дал нам сил и мужества исполнить наш долг.
Ангелисты с готовностью снова повалились на колени и, вскинув руки, вознесли к небесам свои горячие молитвы.
— Пойдем, Мигель, давай, уходим, — бормотал Тейлор, еще сильнее дергая меня за рукав, — пока они не передумали и не решили, что парочка ангелов для охраны церкви — то что надо: вроде цепных псов.
Однако упорные тренировки последних дней не прошли для меня даром. Теперь я был так же крепок и силен, как Тейлор. Я нетерпеливо повел плечом и не двинулся с места. Окидывая взглядом стоящих на коленях людей, я видел столько доверия, искренности и решимости в их лицах. Такого я не видел даже в церкви, куда мы ходили с бабушкой. И даже девушка, которая привлекла мое внимание в самом начале встречи, опустилась на колени и молилась вместе со всеми, чуть склонив голову. Распущенные белокурые волосы скрывали ее лицо.
— В чем дело, Тейлор? Куда ты так спешишь?
— Послушай, Мигель, если они действительно намерены прийти завтра, то завтра ты их и увидишь, а сейчас больше нет необходимости болтаться здесь. — Тейлор отпустил мой рукав и сделал несколько шагов в сторону леса. Протяжное пение ангелистов неслось ему в спину. — Мигель, последний раз говорю: пойдем отсюда! Или я ухожу один.
Глубоко вздохнув, я повернулся и неохотно побрел по высокой траве вслед за другом.
— Стойте! — громкий голос с сильным британским акцентом разрушил стройное пение ангелистов.
Мы с Тейлором замерли у кромки леса и разом обернулись.
Девушка со светлыми волосами поднялась с колен.
Сделав глубокий вдох и не сводя с нас глаз, она расстегнула просторную ветровку и скинула ее на землю.
Затем девушка расправила свои золотистые крылья.
Глава 9
Виктория. Легенда об Икаре
Мальчики с крыльями уходили.
Пастор, возвышавшийся в центре круга молящихся, демонстрировал красоты голоса. Увидев, что так называемые ангелы ускользают из его рук, он зарядил очередной гимн, размахивая руками, точно дирижировал невидимым хором небесных херувимов, сам же вел партию басов.
Мой обострившийся с некоторых пор слух позволил расслышать короткие реплики, которыми перекинулись мальчики. Я поняла, что они вряд ли вернутся сюда на следующий день. Также я поняла, что у меня нет иного выхода, как только довериться им.
— Стойте!
Они на мгновение замерли, затем обернулись.
Я вскочила на ноги посреди коленопреклоненных ангелистов. Моему плану, который я заранее разработала, думая, что мне удастся потихоньку ускользнуть от этих молитвенников, по всей видимости, не суждено было сбыться. Оставалось одно — открыто заявить о себе.
Я одним движением расстегнула молнию на ветровке и скинула ее на землю. Крылья свободно раскрылись в разрезе блузки, которую я носила задом наперед, застегивая лишь верхнюю пуговку возле ворота.